Возле Тьмы. Чужой

Возьми подряд у города, я помогу договориться, тебе будут хорошо платить. И не надо будет постоянно летать.

— Отличная мысль.

— Точно? — обрадовалась она."

"Да точно, точно. Великолепная была бы мысль, если бы я здесь остался. С Настей. А заодно открыл бы филиалы в других городах и вскоре стал бы новым миллионером в Анклавах. Я не шучу, я в этом уверен. И ведь жить здесь можно куда лучше, чем в Отстойнике, даже в этом захолустном канзасском городке. Иметь свой большой дом, хорошую машину, дружелюбных соседей — что еще нужно? А можно переехать куда-то южнее, где вечное лето и синее море… в мечтах.

— Конечно отличная. Как закончу с этим всем — поговорим об этом подробно.

Интересно, от такого вранья карма портится?

Люси села на стол прямо передо мной, поставила ногу на край стула, на котором я сидел. Я обратил внимание, что она почему-то не в форме. Куртка, джинсы, ковбойские сапоги. От сапог пахнет сапожным же кремом, чувствую слабый запах.

— Я намерена в партнеры, — подняла она палец для внушительности сказанного.

Понятно, что намерена. Здесь даже слов «муж» и «жена» избегают, предпочитают говорить «партнеры», чтобы не лажануться.

— Сначала надо продумать все как следует, — сделал я вид, что не понял намека.

— Конечно. — Она выглядела теперь слегка разочарованной.

Я положил ладонь ей на бедро, просто… ну просто взял да и положил. Даже актерствуя, надо знать меру. И изображать бесчувственного чурбана тоже легко до определенного предела. И еще плохо то, что она хороший человек, а не какая-нибудь стерва или не знаю кто. Хорошему человеку хочется делать что-то хорошее, а ей ничего, кроме вот этого самого, больше и не нужно. Ее ладонь, маленькая, с немного коротковатыми пальцами, накрыла мою. Я разглядел веснушки на ее тыльной стороне. У нее вообще по всему телу веснушки. Странно, а на зиму они не должны исчезать?

Посидели, даже ни о чем больше не говорили. Ей и так, наверное, нормально было, а мне и говорить ни о чем не хотелось: сколько врать-то еще можно? Потом она уехала, сказав:

— Как освободишься, приезжай сразу ко мне, в мотель не надо.

— Я только завтра освобожусь — мы все здесь ночуем.

— Ну, когда завтра освободишься. А так я на работе, пока все это не закончится.

И уехала.

А я вздохнул с облегчением.

Вскоре после этого от гула двигателей «Спуки» задрожали стекла, и большой самолет, покинув аэродром Гарден-Сити, улетел в темноту. Стало тихо.

33

Выспался я так себе: долго просидел над отчетом. А разбудили меня и еще несколько человек, спавших в большой комнате на раскладных койках, в восемь утра. Эрл разбудил, громогласно объявив:

— Все закончилось! Банда ушла из Джетмора на север, возле Уокини их накрыл ганшип, а вертолеты добили разбегавшихся.