Возле Тьмы. Чужой

Она тоже проснулась, спросила:

— Что-то случилось?

— Нет, все нормально, — спохватившись, я нагнулся и поцеловал ее. — Просто мне на работу сегодня, и у меня бритва и прочее в номере в мотеле. И переодеться еще надо успеть, не полечу же в этом…

— А, хорошо, — она перевернулась на живот и обняла подушку. — Увидимся сегодня?

— Если только вечером, а так буду летать.

— Понятно, что вечером. А когда следующий выходной?

— Даже не знаю толком… — Я вытянул ногу и втолкнул ее в жесткую шуршащую штанину ковбойских джинсов. — Сегодня должны сказать, график только составляют.

— Позвони, хорошо?

— Обязательно, — уверенно сказал я, вовсе не будучи уверенным в том, что хочу это делать.

А с другой стороны — куда деваться?

На машину за ночь осел туман, и когда я тронулся с места, на заднее стекло с крыши полился настоящий поток воды. Печка быстро погнала теплый воздух, который я направил на стекла.

Что чувствовал? Облегчение. И оттого, что ушел из ее дома наконец, и оттого, что все вовсе не было ужасно, а даже наоборот, и еще оттого, что я твердо решил, что Настя об этом никогда не узнает. На смертном одре не сознаюсь. Даже самому себе, не то что ей.

Было еще совсем рано, почти ночь — в воскресенье даже на работу никто не собирался, так что в домах было темно. Свет фар выхватывал из темноты припаркованные машины, палисадники, заборчики, темные окна домов, от которых этот свет отражался. Стоянка у мотеля была наполовину пуста. Остановил «рэйнджер», привычно огляделся на предмет всяких возможных опасностей вокруг, потом вышел из машины, прихватив ружье с патронташем. Увидел, как прямо за мной подъехал большой синий «сильверадо». Все время стоит у мотеля, а чей — так и не знаю.

Мотель пришлось открывать своим ключом от номера: за стойкой никого не было. Поднялся в номер, быстро разделся, залез под душ, где долго тер себя намыленной мочалкой, смывая настоящий или воображаемый запах чужой женщины, словно он ко мне мог навсегда прилипнуть, как улика.

Завернувшись в полотенце, выбрался из душа, встал перед зеркалом, стер с него туман — в ванной было полно пара. Подумал, что обычно бреюсь перед душем, как раз из-за того что в зеркало потом ни черта не разглядишь, а сегодня наоборот вышло. Странно. Хотя чего уж тут странного?

Ладно, хватит терзаться. Новый день впереди, а их у меня здесь не так уж и много. А сделать надо до фига и больше. Липперс, говоришь? Он все знать должен? Это уже что-то. Осталось только самого этого Липперса идентифицировать и как-то к нему подобраться. Что еще нужно? А нужно бы инструкцию написать подробную о том, как разбираться с проникающей Тьмой. И отдать эту инструкцию… да, лучше всего Люси и отдать. Перед тем как я отсюда смоюсь.