Возле Тьмы. Чужой

Темный кривой силуэт дернулся в сторону, как-то странно дернулся, словно спрыгнув со стены, и я сразу же выстрелил еще, дважды, просто реагируя на движение. Я увидел, как одна пуля выбила сноп искр, угодив в угол ангара, а вот вторая, похоже, угодила в цель, заставив тварь дернуться, взвизгнуть, как циркулярная пила, и рвануть куда-то в сторону. Довернув ствол, я вновь поймал ее в прицел, опять выстрелил, и на этот раз очень удачно: существо рухнуло на асфальт, нелепо задергавшись и продолжая визжать.

За спиной у меня раздался топот множества ног, люди выбегали на балкон, гомоня и создавая суету. Я все же всадил еще две пули в корчащийся силуэт и, лишь убедившись, что движение прекратилось, отвел взгляд от прицела.

— Что здесь? — спросил Пикетт.

— Пошли, посмотрим, — предложил я, меняя магазин.

Включился еще один прожектор, затем еще один, замельтешили лучи фонарей поменьше, в общем, пошла суета. Я опять включил ЛЦУ,[4] поводив пятном по асфальту перед собой зачем-то.

Со мной пошло сразу человек десять, растянувшись в цепь. При этом достаточно сноровистыми выглядели максимум двое — Пикетт и тот самый часовой, — поэтому я подумал, что если дойдет до стрельбы, то я сразу побегу в тыл: так спокойней будет — хоть свои же не подстрелят.

Но до стрельбы не дошло, никто на нас не напал. Лучи фонарей сошлись на не такой уж и большой туше, лежащей в пятне уже знакомой маслянисто-черной крови, заблестевшей в лучах фонарей. Небольшая тварь, с десятилетнего ребенка примерно, сложением напоминавшая обезьяну. Уродливо вытянутые челюсти, пасть с игольчатыми зубами, странные ладони с длинными когтями на мосластых толстых пальцах, чешуя и абсолютно черные глаза.

И что-то мне напоминает…"

"Пока люди рассматривали убитое существо, я подошел к стене, посветил на нее маглайтом-дубиной, нашел след от пули. На уровне моей головы, даже чуть выше, а ведь это второй выстрел, он был уже немного ниже первого.

Обернувшись на тварь, я еще раз прикинул ее размеры. Ну да, если ее поставить и даже вытянуть, то все равно больше полутора метров, с натяжкой, не получится.

И что из этого?

— «Пионер», — сказал я уверенно. — Вот ты какой, в чистом, так сказать, виде. Давно не виделись, получается.

— Что? — обернулся ко мне Пикетт.

— Нет, ничего, просто мысли вслух, — покачал я головой, вновь перейдя на английский.

Тварь сидела на стене, других вариантов нет. Размер, повадки… вспоминается кинотеатр в Углегорске, мой первый «боевой вылет» в составе бригады Горсвета. Пусть там ее было не разглядеть за пологом Тьмы, а здесь хоть снимайся с ней в обнимку, но в том, что это она, я ни капли не сомневаюсь. И к тому же я стал как-то их чуять, а это… что это значит? А черт его знает.