Свой — чужой

Парнишка улыбнулся Валерке, Штукин подмигнул ему в ответ. Полураздетая мамаша шмыгнула обратно в ванную, заперлась там и снова закричала, срываясь на визг:

— Вы кто такой! Уходите! Я сейчас милицию!.. У меня сейчас муж!.. Сашулька, хороший мой, не бойся, сыночек… Ой! Помогите!!

Сыночек Санечка, который сначала-то совсем и не испугался Штукина, заревел, ощутив мамин ужас. Валера засуетился. Проанализировав сложившуюся ситуацию, он понял, что переговоры бесполезны. Далее он представил себе скорый приход Володи и возможные последствия, поежился и, метнувшись к входной двери, осторожно приоткрыл ее и прислушался. Со второго этажа доносился характерный треск, говоривший только об одном: там взламывали дверь. Штукин качнулся обратно в квартиру, вытер мгновенно выступившую на лбу испарину и зашипел в радиостанцию:

— Экспедитор вскрывает ворота склада на втором этаже!! Как поняли?!

— Тебя понял! Не высовывайся!! — рявкнул в ответ Будашкин и немедленно связался со своим дежурным: — Срочно вызывайте заказчика! Срочно! Необходимо срочно крепить груз!

…Позже, уже при «разборе полетов», выяснилось, что дежурный действительно пытался связаться с Филиным, но тот трубку не снимал. Тогда дежурный вышел на руководство УУРа, которое тоже подключилось к поискам Филина и машины с подмогой. Все кричали и матерились, но капитана нашли все равно лишь минут через двадцать — он сидел в сортире с газетой «Калейдоскоп» в руках…

А Штукин в это время стоял в чужой квартире у двери ванной и приговаривал:

— Гражданочка, не кричите вы так! Я — сотрудник милиции. В вашей парадной — преступники. Мне надо спрятаться на время… Послушайте… Господи, если бы я был злодеем, то я бы уже успел схватить вашего ребенка и…

Аппетитная мамаша, видимо, опять все не так поняла, потому что завизжала еще громче, а также стала колотить чем-то тяжелым по батарее, надеясь привлечь внимание соседей. У Штукина затряслись руки, и он снова забубнил:

— Да не надрывайтесь же вы так! Я же совсем не страшный… Меня Валерой зовут… А вас как?

При этом он слизывал пот с верхней губы и с ужасом думал: «Господи, что я несу?!»

Тем не менее визг и стук в ванной смолкли.

— А меня зовут Саша, — послышался детский голос. Валера обессиленно привалился к дверному косяку:

— Саня, друг, объясни своей симпатичной маме, что я не грабитель! А?

В этот момент снова ожила его радиостанция:

— Грузчик, подсвети экспедитора! Штукин еле удержался от мата:

— Сейчас, м-м-м-блл-м!!!

— Валера, а ты партизан? — спросил мальчик из-за двери. Оттуда же доносились всхлипывания его мамы.

— Почему партизан? — ошарашенно переспросил Штукин."

"— А рации только у партизан бывают. Я в кино видел, — авторитетно пояснил мальчик Саша.