Свой — чужой

Тот легко, будто нехотя, похлопал его по спине и ногам и жестом пригласил следовать за собой.

Коридор был очень длинным, а кабинет Гамерника располагался в самом его конце, после двух поворотов. Огромная приемная с сексапильной секретаршей, двойная дверь — Штукин и оглядеться не успел, как оказался в просторном кабинете. Гамерник сидел не за своим рабочим столом, а сбоку, за журнальным столиком. Перед ним на тарелочке лежала маленькая дыня-«колхозница», которую он аккуратно резал изящным ножичком."

"Здороваться Гамерник не стал — видимо, в его офисе это вообще не было принято. Вместо приветствия хозяин кабинета сказал:

— Вы меня заинтриговали, хотя я ничего не понял.

Штукин не стал нарушать традиций и вместо здравствуйте ответил так:

— Интрига есть там, где отсутствует информация. А тут — какая уж тут интрига! Все вы поняли. Но моя тирада выглядит как некий вызов, а я бы этого очень не хотел. Так что — позвольте присесть и перейти к делу. Сергей Борисович, если не ошибаюсь?

— Не ошибаетесь, — настороженно ответил Гамерник и положил ножичек на стол. — Милости прошу. Располагайтесь.

Валера взял стул и присел к тому же журнальному столику, разглядывая Гамерника в упор. Хозяин кабинета был примерно одногодком Юнгерова, но как же сильно они отличались друг от друга! Юнгеров — тот был жилистым, красивым, с лицом, на котором читалось много разных историй, но историй мужских и интересных. А Гамерник производил впечатление неприятное, несмотря на ухоженность, его фигура была уже настолько оплывшей-опухшей — видно было, что он предпочитает массаж спортзалу. Его тщательно причесанные волосы все же не скрывали маленькую лысину на макушке. Одет Гамерник был очень дорого и не крикливо, а вот кабинет его выдавал отсутствие вкуса — в нем царил полный китч — от подлинника картины кого-то из передвижников до каких-то странных фигур в стиле хай-тек.

Штукин обворожительно улыбнулся своему неприятному собеседнику и сразу перешел к делу:

— Итак, меня зовут Валера, и свои контактные телефоны я при необходимости оставлю. Вся история началась тогда, когда я вышел из лифта, где остались три мертвых тела. Потом меня уволили из уголовного розыска, где я до того нормально работал. После увольнения я начал работать у Юнгерова. Через некоторое время я, не прилагая никаких усилий, потому что произошло это случайно, — узнал, как все случилось с этим лифтом и почему. Хотя насчет «почему» — врать не буду, мотив я узнал… м-м-м… тезисно. Но меня мотив, честно говоря, не особо и волновал. А дело было так: вы, Сергей Борисович, нашли двух парней (надо признать — не последних в своем деле, это, кстати, — комплимент), которые и порешили моих знакомых. Но Денис Волков остался невредимым.