Свой — чужой

Скорее наоборот — эти тетки ему даже чем-то понравились — этакие шкоды! «А уж Николенко-то! Кто бы мог подумать! А в прокуратуре — всегда вся такая засундученная была… М-да… В тихом омуте…»

Внезапно Штукину пришла в голову мысль предупредить Николенко о ведущемся за ней наблюдении. Зачем? Трудно сформулировать. Наверное, примерно по тем же мотивам, по которым он вообще проявил любопытство ко всей этой истории с «наружкой». То есть больше от шкодности, от некой любви к авантюрности и нестандартности. Ну а еще — ему очень понравились эти две тетки, те еще оторвы, судя по всему. А из двух больше, конечно, понравилась Николенко: не потому, что в ней Штукин увидел больше шкодности, — просто он ее знал, а Веру — нет. Одно дело, когда крамольные и эротические мысли высказывает просто какая-то симпатичная тетка, другое дело — если это прокурорша, да еще известная своей строгостью, да еще именно за угрозыском надзирающая… Тут интрига образуется…

Валера, конечно, так подробно свой порыв не анализировал. Он лишь сказал сам себе: «А что тут такого? Я же на Рейх больше не работаю… — Под Рейхом он имел в виду милицию и государство вообще. Впрочем, Штукин тут же так же мысленно поправился: — По крайней мере — официально не работаю…»

В это время в кафе уже не было сотрудников ОПУ, они все находились снаружи. Штукин встал, проверил взглядом заведение еще раз, потом обернулся к столику, за которым сидели женщины, и сказал тихо:

— Зоя Николаевна, извините, что мешаю, но мне бы срочно вам пару слов сказать.

Николенко прищурилась, а Вера застыла с открытым ртом. Зоя Николаевна, видимо, вспомнила лицо Валерия:

— Мы, по-моему, знакомы…"

"— Конечно, знакомы, но не близко. Я — свой, я в уголовном розыске 16-го отдела работал…

Вера хлопнула ресницами и засмеялась:

— Бог ты мой! Еще один!

Николенко шикнула на подружку и сморщила лоб, пытаясь вспомнить:

— Да, я вас припоминаю… Ваша фамилия…

— Штукин, — подсказал Валера.

— Точно! — улыбнулась Зоя Николаевна. — Я вас оттого и плохо помню в лицо, потому что в материалах ваших, как правило, полный порядок был… Вы, кажется, уволились недавно?

— Есть такое дело, — согласился Штукин, переминаясь с ноги на ногу.

Николенко кивнула и деловым, совершенно нешкодным тоном спросила:

— Так что же вы хотели мне сказать?

Вера захлопала глазами и превратилась в одно большое ухо. Валера усмехнулся:

— А от подруги у вас секретов нет?

— А откуда вы знаете, что я — подруга? — не удержалась и «вставила свои пять копеек» Вера.

Николенко несколько раздраженно дернула локтем и выжидательно подняла подбородок.

Штукин оглянулся:

— Можно я тогда присяду?

— Берите стул, садитесь! — распорядилась Зоя Николаевна.