Чужой муж (СИ)

— Можно подумать, — обиделась мама, — Наташа твоя значит, когда была в больнице, ты отпуск взял и бегал туда каждый день, будто она после реанимации, а тут девчонка на сохранении лежит, а ему некогда…

— Я сказал: ""завтра"", значит завтра, — отчеканил и сбросил вызов.

Отбросив на стол телефон, перевел взгляд на окно. Ну что поделать, если тогда я есть не мог и спать, только о ней и думал, а сейчас… Всё как-то иначе. Нет, я переживаю за Александру и за ребенка, но как-то поверхностно что ли. У меня внутри уверенность, что всё будет хорошо, что все вокруг перегибают палку с паникой по этому поводу.

А потом в голове возникла мысль. Что если бы сейчас в больнице была Наталья? Поехал бы я? Бросил бы всё? Ответ мне не понравился. Вновь взял смартфон и набрал номер матери.

— Ну? — буркнула она рассерженно, еще дуясь на меня.

— Готовь свои пироги с курицей, я заеду, — проговорил спокойно и примирительно.

— Уже убежала на кухню, — радостно прощебетала она.

Вечером, в часы приема я сидел на лавочке возле окна и ждал Александру. Бледная, с кругами под глазами, в махровом халате и тапочках, она выглядела младше и ранимее, все портили только губы, не подходящие ей сейчас абсолютно.

— Лёш, — прошептала она и, обняв меня, всхлипнула, — Забери меня домой…

— Ты же знаешь, что еще рано, — гладя ее по волосам, тихо ответил, чувствуя вину перед ней за свое безразличие.

— Тут так ужасно. Моя соседка храпит, кормят какими-то опилками…, — перечисляла она убито.

— Я поговорю о переводе тебя в платную палату, — сразу понял я намек, — Там выспишься. Немного осталось, и вернешься домой.

— У меня всё болит. На спине спать нельзя, на животе тоже, так и на боку долго не полежишь… Еще эти капельницы…, — поток ее причитаний, как и слез, только увеличивался.

— А как ты думала? Привезут тебя на курорт, будут кормить манго и смузи? Мама там приготовила тебе, что ты просила. Сейчас в палату переведут, станет лучше, — пытался подбодрить ее.

— Может ты поговоришь, чтобы меня на ночь домой отпускали? — с надеждой произнесла Саша. Мне ее идея не понравилась.

— А если тебе плохо станет, что делать будем? Нет. Возьми себя в руки. Не ты первая, не ты последняя, другие же как-то лежат и беременными ходят, — мягко доносил до нее очевидные вещи. Почему стоит женщине забеременеть, она сразу чашку с трудом поднимает и чихнуть боится…

— Тебе легко рассуждать! — выдала Саша обвинительно, — Давай поменяемся, я посмотрю на тебя."

"— Ой, прекращай вот эту тему, про армию и роды. Как природой заложено, так и должно быть. Не хотела рожать, надо было таблетки пить, а не врать мне, — не выдержав, проговорил холодным тоном.