Чужой муж

И они бы так славно зажили: Говоров, его любимая женщина, их дочь и ее ребенок… Конечно, он бы немедленно женился на Тасе, если бы она сменила гнев на милость, но поди-ка женись на человеке, который тебя и видеть-то не хочет?! И, хоть Говоров теперь начальник не только городского, но и областного масштаба, ему все же не провернуть тот же номер, который так удался ему, когда он расстроил было регистрацию Лили и Камышева. Да что толку-то? Тася его уплакала, все пришлось назад вернуть. А сейчас – даже у него руки коротки, чтобы оформить развод Таси и Шульгина без участия, так сказать, заинтересованных сторон, а потом оформить и брак с Тасей. Хотя еще же пришлось бы развод с Маргаритой проворачивать – так же волевым усилием… Но Маргарита – ерунда, а вот чего Тася хочет – понять совершенно невозможно.

Ох, как же устал он от всей этой многолетней житейской неразберихи, как же хочется отдохнуть… Почему-то в виски бьет и на сердце давит. Может, гроза к вечеру соберется – и испакостит всю эту летнюю благодать, которой так радуется Егорыч?

– Прибавь-ка газу, – велел Говоров хмуро. – А то плетемся сорок километров в час…

– Машина наша – пенсионерка уже, – проворчал Егорыч. – Вроде меня! Поменять бы…

Да, Михаил Говоров не стал менять машину. Противны были ему «деятели», которые, едва пересев в руководящее кресло рангом повыше, начинают и обставляться сообразно положению, забыв и стыд, и совесть: кабинеты отделывают невообразимо дорого, новые машины требуют, да еще и дома ремонты затевают за казенный счет.

А Егорыч что ж удивляется, что начальник его не рвач и никогда им не был?! Ишь ты! «Волга» ему десятилетней давности – пенсионерка! А как на битом-стреляном инвалиде-«Виллисе» по дорожкам фронтовым скакал – забыл уже?!

– Ага, и сразу на «Чайку» пересесть, да, Егорыч? – ухмыльнулся Говоров. – Не терпится уже в цековский гараж?

– Ну уж не знаю, потяну ли, – проворчал тот.

– А куда ты денешься? – пожал плечами Говоров.

Конечно, про цековский гараж они рановато заговорили, надо еще в обкоме обжиться, хотя кто знает, кто знает… Бывали случаи, когда Брежнев выдергивал людей из глубинки, и даже не с самых верхних постов. Так что…

– Глянь, – перебил его мысли шофер, – похоже, попутчица.

И в самом деле – впереди, явно направляясь к деревне, что находилась неподалеку от Дома с лилиями, шла женщина. В руке – чемодан, который перевешивает ее набок, через плечо – две сумки. В городе, что ли, затоварилась? Вид, конечно, деревенский, одета кое-как, однако фигуристая бабенка, приятно будет подвезти такую.

– Валяй! – кивнул Михаил Иванович.

«Волга» догнала женщину и притормозила.