Чужой муж

– Лилечка! – схватил ее за плечи Родион. – Да я быстро вернусь! Ты даже не успеешь соскучиться!

– Еще как успею, – невесело пообещала Лиля.

А в поселке Ленино Тюменской области и в самом деле все было завалено снегом, и вид этот ноябрьский снег имел такой, словно лежал здесь годами. Сибирь есть Сибирь!

Ну, само собой, Родион никогда не ходил до станции пешком: всегда можно было поймать попутный грузовик. Вот и сейчас повезло, да еще и шофер оказался знакомый. Поболтали; Родион узнал все деревенские новости, но о своих умолчал. Отделался обычными: учусь да учусь, ничего особенного.

Наконец выскочил на заснеженную дорогу, вдохнул полной грудью свежий морозный воздух, окинул взглядом утонувшие в сугробах домишки… И впервые подумал о том, что, кажется, полжизни отдал бы, чтобы не возвращаться сюда никогда!

Малая родина?.. Нажился на ней, спасибо, охота пожить на большой! И он сделает все, чтобы его план не сорвался!

* * *Клены, березы, липы роняли листья, листья, листья… все дорожки были засыпаны, и Лиля долго бродила по ним, забывшись, как в детстве, расшвыривая ногами листву, вдыхая тонкий аромат.

Странно… раньше она не ощущала, что опавшие листья пахнут так печально!

Ну а что, разве сама Лиля радуется, что пришла сюда, в свой любимый, в свой родной сад? Душа ее полна печали – от невозможности примирить прошлое, настоящее и будущее. Разве могла она раньше подумать, что решится покинуть все это – покинуть ради любви к человеку, о существовании которого в ту пору даже не подозревала?! Тогда во всем мире для нее существовал только Сережа… А теперь, наверное, – только Родион?

Наверное?.. Она что, сомневается в своей любви?! Она что, ушла из дому и теперь готовится к свадьбе только потому, что не вынесла грубости матери и диктата отца? В знак протеста – так получается?

Нет! Она ушла потому, что хочет любить того, кого хочет любить, а не идти замуж по указке!

То есть опять – в знак протеста? Как все сложно… Насколько все просто было раньше: вот она, Лиля, вот любовь всей ее жизни – Сережа, вот будущее, словно бы нарисованное радужными акварельными красками…

Нет, это будущее оказалось лишь наброском, который размыло, вернее, смыло ливнями реальности. А ту картинку, которую она пытается нарисовать сейчас, – ее не размоет?.. Ну как тут не вспомнить старые Варварины байки о проклятье, которым отметила этот дом и всех живущих в нем женщин его прежняя хозяйка? Та самая, призрак которой виделся Лиле в детстве, но которой она не боялась, а называла своей феей, феей лилий?

Ох, боже мой, да ведь фея вполне может на нее разозлиться! Лилии… от них остались одни голые стебли! Обычно они пышно цвели до конца октября – если не падал ранний снег, конечно.