Чужой мир - мои правила (Дилогия)

Райвен настаивал на постоянном патрулировании земель около Туиренна, а также на ежедневных рейдах в Великую пустыню. Тут одного дракона будет мало! Где-то в песках пролегала Грань Миров, из ее Разлома фоморы попадали на земли Эирианна. Жаль, что до сих пор не наши то место! А сколько таких Разломов по всему Эирианну?!

По Договору Согласия, подписанному Владыкой Нуадреана и пятью правителями Эирианна — королями Коннахта, Улайда, Мунстера, Лагина и Миде, Первородные и люди выступали в союзе против духов Хаоса. Эирианн стоял на пути вторжения фоморов. Ведь если людские королевства падут, как долго продержатся Первородные?

Нуадреанн исправно платил по Договору. Кровью своих сыновей! Сколько его друзей, с которыми играли на мраморных ступенях величественного Храма Лугху и бегали по зеленеющим лугам у подножия семи холмов Эйдоса, столицы Нуадреанна, погибли под ударами мечей Хаоса? Райвен почувствовал, как в гневе сжимаются кулаки. Несправедливо! По праву рождения Детям Богини дарована Вечность, а они уходят в Сид из-за какой-то мрази, возжелавшей господства над мирами!

По тому же Договору Райвен провел пять лет в Эйрианне. Служил в Коннахте, Лагине, теперь в Мунстере. Последнее назначение тянулось дольше остальных. Наверное, он слишком устал он людей! А, может, они попросту свели его с ума? Как по-другому назвать то, что он постоянно думал о девушке, в которой нет ни капли крови Первородных?"

"Он нашел ее, когда в очередной раз облетал окрестности Туиренна, забираясь все дальше и дальше в пустыню. Райвен знал, что это опасно, но тревога не оставляла его. Слишком часто воины не успевали во время. Но были и другие причины его вылазок. Он мечтал, чтобы вольный ветер, под ударами которого трепетали огромные, сильные крылья, продул его насквозь, унес затхлые запахи людского города. Чтобы горячее дыхание пустыни выжгло тоску из его груди… Он мечтал вернуться в Эйдос! Дети богини Дану свободны по праву рождения, а он заперт в этой ужасной дыре!

Однажды его взгляд наткнулся на худенькую фигурку, лежащую на вершине бархана. Спасенная вовсе не походила на дев Нуадреанна, чья красота подобна чистейшему источнику, и даже величайшие из бардов не могли подобрать верных слов, чтобы описать ее… Но девушка запала в душу, да и тело, пожалуй, отреагировало на нее слишком бурно. Что за дурацкое наваждение?

Может, это все потому, что она не походила на женщин Туиренна, чье слепое обожание и желание угодить выводили из его себя? Девушка показалась чуждой этому миру, такой же, как и он. Странное дело!.. Сколько раз Райвен ругал себя за то, что отпустил ее.