Чужой, плохой, крылатый

— Будущая коронесса Энта? Но как же… Ах да, кровь! — догадался Бесс, хотя Верховный Эдэлорд и не подтвердил и не опроверг его догадку. Но Бесс знал. Давно знал, что эти тёмные волосы и янтарные глаза даны ей не зря. А ещё эта отчаянная смелость. Эта стойкость.

— Но прошу вас, ни слова, — прижал руки к груди Эдэ.

— Об этом можете не беспокоиться, — повторил его жест Бесс.

Если Оранта когда-нибудь узнает, то девчонке несдобровать."

"И он понял даже больше. Почему Пасс. Почему сейчас даже Анне знать об этом так рано. И почему он получил пулю в грудь от глупого мальчишки, что был так бесчеловечно втянут в эти вечные интриги королевского двора, Братства и, отчева задница знает, кого ещё, потому что во все времена во главу угла в этом мире были поставлены они — деньги и власть.

В пекло всё!

— Простите, сьер Бриар, можно мне тоже задать вам один вопрос?

— Валяйте, — кивнул Эдэлорду Бесс

— Вы случайно не знаете местонахождение сьера Марлока. Совет сбился с ног разыскивая одного из самых влиятельных своих членов.

— Это зачем же? — удивился Бесс. — Случайно не затем, чтобы отрубить ему голову? Я слышал, Братство так и не приняло версию случайной смерти корона.

— О, нет, что вы. Мы же не кучка головорезов так поспешно выносить решения, — запротестовал Верховный Эдэлорд.

""Старый лис, — хмыкнул Бесс. — Так я тебе и поверил"".

Он распрощался с эдэ Сином и позвал Тересу.

— Собирайся, — кивнул он девушке. — Ты здесь больше не нужна.

— Прости, Бесс, — заставила она его остановиться. — Но раз всё, что тебе было нужно, я сделала, то дальше я сама по себе.

— Тереса, поехали, пожалуйста, — болезненно сморщился он. — У меня был такой тяжёлый день, месяц, век. Я соскучился, — пытался он её обнять, но она вывернулась.

— Нет, Бессарион, — покачала она головой и только сейчас он обратил внимание, что она зовёт его Бесс. Не ""мой господин"", не смешными прозвищами, что давала ему в постели, а просто Бесс. — Прости, но я выхожу замуж, — протянула она ему под нос руку с кольцом. И он невольно посмотрел в тот угол, где совсем недавно стояла инвалидная коляска.

— Но ты же любишь… меня.

— Люблю, — горько усмехнулась она. — Но тебе я не нужна. А ему нужна.

— Но он же…

— Я тоже так думала. Но нет, — улыбнулась она его любимой игривой улыбкой. — Всё он может. Ещё как может. Так что прощай, Бессарион Бриар, — отступила она назад. — И до встречи в аду, милый. Там уж мы с тобой точно не разминёмся.

И, качнув бёдрами, ушла.

Ушла.

— Ну что, друг Марлок, один ты у меня остался, — открыл Бесс тяжёлую дверь комнаты, что использовал как тюремную камеру. — Соскучился?

И хоть Бесс обещал подвесить его на скале, решил, что это уж было бы совсем жестоко. Чайки там и правда срут как драконы.