Солдат чужой войны

– Извини, иначе было нельзя, – с трудом переводя дух после рукопашной схватки, отозвался Ламберт.

Он выглянул на улицу, и тотчас в дом залетело несколько пуль. В каком-то из близлежащих зданий прятались урайцы.

– Все, быть мне теперь калекой на всю жизнь! – простонал Катчинский.

– Не бойся, Фредди, сделают тебе твою руку… О такой штуке, как остеопластика, слыхал?

– Остеопластика? – переспросил раненый, прерывая стенания.

– Ну да. – Ник снова попытался включить поврежденную рацию, но теперь она уже не работала даже частично. – Да, Фредди, есть такой способ – берут у тебя клетки и выращивают из них недостающие косточки, а потом собирают тебе новую руку.

– А разве такое возможно, командир?

– Да, дружище, теперь уже возможно. Наука здесь шагнула очень далеко. Это тебе не у нас – в Англизонских Мирах.

– У нас хоть войны нет.

– Это только пока, – ответил Ламберт, прислушиваясь к отдаленной перестрелке. Несколько раз ухнули пушки «глтурмвордеров», потом им ответили «ирбасы».

Майор достал из кармашка прибор дальней связи, но и он не работал.

– Ох, худо мне! Как руку-то печет…

– Скоро наши придут, Фредди. Потерпи немного.

– О-о-ой! Не могу больше…

– Хочешь ещё укол тимонала? – предложил Ламберт.

– Нет, от него раны плохо затягиваются… – ответил Катчинский. И, помолчав, спросил: – А точно руку восстановят, сэр?

– Точно, Фредди. Ты Симмонса знал, из второго взвода? Рыжего такого?

– Нет, наверное, это до меня было.

– Наверное. Так вот ему осколком мины штуковину напрочь срезало.

– Какую штуковину, сэр?

– Ту самую. Бедняга чуть дуба не дал, но вовремя его к врачам доставили.

– И что? – нетерпеливо спросил Фредди.

– А то – промашка у них вышла. Приделали парню новую штуковину, только раза в два больше.

– Да ну? – на бледном лице Катчинского появилось какое-то подобие улыбки.

– Вот тебе и ну. Парень вернулся домой на Онслейм, а девицы ему теперь прохода не дают.

– Ну понятное дело – попользоваться хотят…

– А вот и нет, – покачал головой Ник. – Сфотографироваться!

Забыв, казалось, о своей страшной ране, Катчинский натужно засмеялся В этот момент совсем рядом ухнула пушка «штурмвордера». Ему тотчас ответил ещё больший калибр, да с таким треском, что Ник понял – урайцу конец.

Спустя мгновение взорвался боекомплект, в воздух полетели горящие обломки вражеского робота.

– Очень кстати, Фредди, – прокомментировал Ник. – Очень кстати. Кажется, это был выстрел «кайнекса», а значит, мы продержались…

Полковник Паскаль Жако во всем любил точность. Пунктуальность превратилась у него в самую настоящую манию, удивляя порой самого полковника.