Солдат чужой войны

Когда она закатилась под стойку с аппаратурой, Сванг прислушался: стены крейсера вздрагивали под дробными ударами штурмового оружия. Бой смещался в сторону рубки, и это было закономерно. Тот, кто контролировал управление, получал власть над судном, а забаррикадировавшихся в артиллерийских отделениях матросов можно было выбить позже, пустив по вентиляционным магистралям ядовитый газ.

Теперь оставалось не более пяти минут. Адмирал передернул затворную раму и зачем-то понюхал ствол. Кто-то говорил ему, что перед тем как убить человека, оружие начинает пахнуть смертью.

«Мерзавцы, они думали, что без их дурацкого напоминания я дам слабину и сдамся примарам», – подумал Сванг и горько усмехнулся. Хотя такая предательская мыслишка у него, конечно, проскакивала, но он ей не поддался. У каждого живого существа присутствует стремление выжить во что бы то ни стало, однако Сванг понимал, что адмиралы такой возможности не имеют.

А вот солдатам и матросам – пожалуйста. Подлые примары даже придумали способ, как пленных из обузы превращать в активных граждан своей империи. Уставшим от войны янычарам они предлагали начать жизнь на своих тыловых планетах с обязательным условием, чтобы те женились и заводили детей. За несколько лет, пока действовала эта программа, примары сумели таким образом «утилизировать» не один десяток миллионов пленных, которые теперь работали на бывшую вражескую державу.

– Сукины дети, – грустно улыбнулся адмирал, непонятно кому адресуя эти слова. Затем открыл рот и засунул в него пистолетный ствол.

Топот штурмующих раздавался уже совсем близко, и в момент, когда дверь вышибло зарядом, адмирал Сванг нажал спусковой крючок.

С момента встречи Хубера и Дзефирелли прошло не так много времени, однако шпионские сети Колина заметно оживились. Они со всей осторожностью вбирали новую информацию, а деньги Хубера существенно облегчали им работу, с избытком смазывая тончайшие колесики затейливого механизма.

Дзефирелли и прежде не испытывал дефицита в средствах, однако разница была существенная – его тайные накопления являлись чем-то вроде источника, из которого требовалось черпать, а деньги Хубера подавались словно вода из труб – под большим напором.

Как и прежде, Колин не задерживался долго ни в одном месте и находился в постоянном движении, сменяя скоростные уиндеры на каюты в провонявших смазкой танкерах.

– Не слишком шумит, сэр? – спросил его владелец одной их таких калош, навещая своего важного пассажира.

За бортом проносились космические мили, а свободный агент Второго Управления смотрел сквозь узкий и запыленный иллюминатор, как всегда составляя один из своих гениальных планов.

– Все в порядке, Штайс. Когда за стенкой машинное отделение, мне намного лучше думается.