Солдат чужой войны

 – Нам кажется, что противник уже не тот, что он сломлен и остается только толкнуть его, чтобы он окончательно развалился. Но примары еще не сдались. Это видно по той уверенности, с какой их военачальники руководят набегами палубной авиации. Это не похоже на жесты отчаяния – это напоминает проведение одного из этапов. Этапов чего? Это выяснится уже скоро».

– Ну что же, господа офицеры, – произнес адмирал Сванг, – наши корабли полностью снаряжены, выведены на исходные позиции, от верховного командования получено добро на начало наступления. А после разгрома вражеской группировки мы двинемся в направлении Остенде – Рауф – Чусон. Пока же наше направление – Дирикантос – Эмпирея, и через двадцать часов мы выступаем. Ура!

– Ура! – закричали все члены военного совета и захлопали в ладоши. Были принесены подносы с пунтуа, и офицеры стали поднимать тосты за победу.

К уныло стоявшему в углу генералу Хагге подошел полковник Суинфир. На его сером лице играла торжествующая улыбка.

– Вы как будто не рады предстоящему наступлению, генерал.

– Не рад, – признался Хагте.

– Вот как? – Полковник как будто обрадовался. – Но так ведь недалеко и до обвинения в нелояльности.

– Я генерал-арбитр и обязан сомневаться всегда. Даже когда политическое руководство навязывает штабу мнение, что противник сломлен.

– Вы так просто об этом говорите, – Суинфир ухмыльнулся и подумал, что обязательно напишет на этого янычара донос, если, конечно, он не окажется прав. – Такая смелость делает вам честь, генерал.

– Спасибо за комплимент. Но я, пожалуй, пойду. Здесь становится слишком душно.

По истечении двадцати часов армада урайских судов пришла в движение.

Первыми понеслись вперед семьсот перехватчиков «фош», чтобы атаковать ракетные станции, если те вдруг выплывут в опасной близости. Для прикрытия перехватчиков стали выдвигаться рейдеры, вооруженные легкими зенитными ракетами и скорострельными артавтоматами. Их было около сотни, и они на ходу разворачивались в мелкоячеистую сеть.

Несмотря на опасения адмирала Сванга, малая авиация примаров убралась восвояси и не мешала эскадре построиться в походный порядок. Однако это не только не успокоило адмирала, но, наоборот, обеспокоило.

Несмотря на уговоры подчиненных, он остался на своем проверенном тяжелом крейсере «Фаркампе» и не стал переносить флагманский штандарт на борт новейшего эрцкрейсера «Эррингер».

Командир эрцкрейсера, полковник Коррут, был этим весьма раздосадован. Он надеялся завязать с адмиралом более близкое знакомство.

Доминируя над всей передовой группой, снялись со стоянок эрцкрейсеры «Бильонеро» и «Кафир». Их электроника была обновлена совсем недавно, оттого и было решено выставить их во главе эскадры.