Солдат чужой войны

Информация поступала не только от технологических команд, размещавших вооружение на позициях, но и от многочисленных разведывательных служб, начиная от рапортов фронтовой разведки флота и заканчивая обобщенными донесениями агентуры СИБ. Зеленые и синие отметки возникали на огромном голографическом поле одна за другой, заполняя весь будущий театр военных действий.

– Сообщение с поста G-27, сэр, – глядя на монитор, сообщил один из сотрудников. – Урайцы перебросили четыре новых крейсера класса «грисбен» и авиаматку «Роузелия» на четыреста двадцать бортов.

– Отлично, Броун. Наверное, это их последний авианосец.

– Я в этом просто уверен, сэр.

– На подходе два эрцкрейсера, – стал зачитывать новое донесение другой сотрудник. – «Бильонеро» и «Кафир»…

– Не тот ли это «Кафир», что получил пробоину от трансрейдера «Галифакс»? – спросил Харпер.

– Нет, сэр. Тот назывался «Кафир-Микадо», а этот более современный. Так говорится в донесении.

– Сэр, вас вызывают по четвертой линии, – сообщил связист.

– Понял, Боно. Майор снял трубку.

– Говорит «Лаки». Мы закончили цепи по кодам «7456» и «8576-57». Переходим на третий код.

– Конечно, «Лаки», действуйте.

Харпер посмотрел на голограмму, где помимо синих и зеленых огоньков стали появляться и оранжевые. Полагаться на один, общий для всех станций и артиллерийских постов код было нельзя. Небольшая утечка или случайность, и все – оборона встанет.

– Так, хорошая новость, сэр! – объявил Броун. – Урайские конвои «В-24» и «В-1С» до места не дошли.

– Отлично! – отозвался майор и не удержался, чтобы не посмотреть, как на большой индикационной панели в рядах противника погасли две «сороконожки», которыми обозначались конвои тылового обеспечения.

– На Кевике на три часа отключалось электричество. Во всем восточном полушарии, – прочитал сообщение лейтенант Чикан.

– Какое это к нам имеет отношение? – удивился майор.

– Должно быть, по ошибке попало.

– Не иначе как по ошибке, – согласился Харпер. – Боно, позвони, пусть нам принесут кофе, а то уже двенадцать часов мы тут киснем на одних галетах.

– Конечно, сэр, одну минуту.

Харпер вздохнул и растер ладонями лицо. Работать в таком темпе было нелегко, однако он отказался от прикомандированных сотрудников, поскольку это увеличивало опасность получить в свои ряды шпиона, а намечавшаяся операция была слишком важной, чтобы позволить себе малейший риск.

Год назад он сам был свидетелем того, как охранник застрелил капитана Липке в момент, когда тот загружал в эфир план весеннего наступления. Охрана засекла несанкционированный доступ, и капитана взяли на мушку. От него потребовали немедленно остановить передачу, но тот попытался выхватить пистолет.