Солдат чужой войны

В конце коридора послышался еще какой-то шорох, а затем кто-то побежал вниз по лестнице, и его шаги отдалялись все дальше и становились все глуше.

Номэн перепрыгивал через три ступеньки, стараясь поскорее покинуть это нехорошее здание. Только что на его глазах был убит Вето Нильсберг. Его убили на восьмом этаже, в коридоре, заваленном телами солдат Боббера.

Это были последние его солдаты, и они полностью сыграли свою роль расходного материала. Впрочем, и группа ди Торро сыграла почти что ту же роль.

Подобное случалось нечасто, но втайне Феликс надеялся никогда не попасть в команду смертников.

Уже не думая об осторожности, он проскочил все этажи и, лишь оказавшись на улице, на секунду остановился, чтобы глотнуть воздуха. Он постоял на дрожащих ногах, вжавшись в стену и пытаясь понять, что ему делать дальше. Человеческая речь – вот что ему было нужно, чтобы прийти в себя.

– Что такое, Феликс? – отозвался ди Торро.

– Я остался один, Пит. И я возвращаюсь.

– Хорошо, – после небольшой паузы ответил тот и, повернувшись к Тедди Сикорскому, сказал: – Это Номэн. Он возвращается.

– Я понял, – кивнул Тедди.

– И, кажется, у них ничего не вышло.

С этими словами ди Торро протянул Тедди пистолет и проследил, чтобы тот правильно передернул раму и поставил предохранитель в надлежащее положение.

– Так нормально? – спросил племянник.

Вскоре возле забора послышались тяжелые шаги, а затем треск кустарника. Номэну все еще казалось, что его кто-то преследует, и ему не терпелось поскорее увидеть Пита.

Вот наконец и заветная полянка. Феликс выскочил из кустов и едва не повалился от усталости. Затем скинул автомат и сел на землю прямо напротив ди Торро.

– Что, тяжело пришлось? – спросил тот. Феликс молча кивнул. Затем повернулся в сторону Тедди и удивленно поднял брови.

– Ничего, – ответил Сикорский и выстрелил Номэну в лицо.

– Что это такое, Тед?! – негодуя, воскликнул Пит, когда Номэн повалился на землю. – Что за разговорчики?!

– Но он же спросил меня, – пожал плечами Сикорский. Его оттопыренные уши горели от волнения.

– Что значит спросил?! Ты с каждым так будешь разговаривать?! А почему ждал, когда он повернется?! Я же сказал тебе – сразу стрелять в висок! К твоему сведению, в лицо стреляют уасли хотят оскорбить близких покойника. Понял? Тебе это надо?

– Чего надо? – опешил Тедди.

– Тебе это надо, оскорблять его родственников?

– Вроде нет… – неопределенно ответил Сикорский.

– В таком случае никогда не стреляй в лицо.

– Ты всегда говоришь «я понял» и снова делаешь одни и те же ошибки. Так ты никогда ничему хорошему не научишься, Тед, и всегда будешь на вторых ролях…

Казалось, Пит был рассержен не на шутку. Его лицо пошло красными пятнами, и он замолчал, чтобы успокоиться.