Чужой спор

— Драконы до сих пор в столице! И паковать чемоданы даже не собираются. Ваш план провалился!

Эстер тряхнула роскошными темными локонами и, вновь самоуверенно сложив руки на груди, гаденько улыбнулась.

— Ваш план не работает. И драконы все еще тут.

Одно слово, а Эстер зашипела, шарахаясь назад. Секунда и воздействие на нее прекратилось, словно и не было.

— Провалился один, применим новый, — задумчиво произнёс безликий голос. — От драконов избавимся. Действуй, как было приказано.

Эстер дернула плечом и уверенно кивнула.

— И еще… Та девчонка, Анабель, кажется… Дракон не разорвал ее, хотя после такого ледяной любого другого… — на миг голос задумчиво замолчал. А потом прозвучало резкое: — Ее надо убрать. Мешается. Можешь ее использовать для осуществления плана, — разрешил голос.

— После того, как с ней не сработало? — засомневалась Эстер.

— Используй. Не получится — просто подставь, — равнодушно приказала тень.

Девушка пожала плечами.

Фигура в плаще не прощаясь развернулась и растворилась в темноте. За грязным окном вспыхнул красочный салют…

Один, два, три, пять, десять, двадцать, пятьдесят…

Эстер рухнула на пол. Грязный и пыльный. Подол красивого платья был испорчен. Плевать…

Три крючка и из корсажа появилось маленькое, складное зеркальце. Обычное. Перламутр был единственным украшением на нем.

Зеркальце дрожало в пальцах и замочек не сразу подался.

Она постаралась улыбнуться сквозь слезы, пряча страх, усталость, горечь, тоску… Все пряча. Стараясь сиять и выглядеть радостной.

— Привет, — приветствие прозвучало тихо. Но он услышал.

Искренне улыбнулся ей.

— Привет. — Голос усталый.

— Как ты? — спросила она, сердце от тревоги сжималось.

Эстер сильнее сжала зеркальце дрожащими пальцами. До боли всматриваясь в такое родное лицо. Любимое. Только сейчас вечно улыбающееся лицо было бледным. Под глазами залегли черные круги. Искристые, лукавые голубые глаза потухли. А всегда беспорядочно торчащие каштановые кудри выглядели тускло.

И ее любимый воздушник как обычно понял все верно.

— Эстер, котенок мой нежный, со мной все хорошо. А мой вид… Все хорошо. Правда!.. Ну не плачь, — голос звучал мягко, ласково. Она как наяву почувствовала теплые объятья своего воздушника. — Не плачь… Пожалуйста, — добавил он через несколько секунд тихо. С болью в голосе.

Сквозь слезы, но улыбнулась. Ему всегда нравилась ее улыбка.

— Я тебя люблю, — вырвалось у нее.

Его светлая, полная нежности улыбка.

— Я тебя тоже люблю, котенок. Сильно-сильно.

Эстер смотрела на него. Просто смотрела, впитывая знакомые, выученные наизусть черты лица, изгиб бровей, тень от ресниц…

— Я справлюсь. Я смогу, Рэйж. Я буду послушной и все сделаю, как они скажут. Вечно так продолжаться не будет. И они тебя отпустят.