Чужое зверье

Смотри, – он провел ладонью по столу и показал полоску грязи с кусочками земли, которая осыпалась с верхней одежды Алексея. – Старого опера не проведешь. Я в казарме лежу, а вижу, чем ты тут занимаешься. Так что думаешь, какие мысли появились?

– Не знаю, я же с делом не знаком, – пожал плечами младший лейтенант. – Но список украденного странный. Одни инструменты, как будто строить или огород копать собирается человек. Лопаты, ведра, мотыги. Грабителям и ворам такое ни к чему, ни продать, ни с собой в качестве оружия носить – слишком тяжелое и неудобное. Топор еще куда ни шло, ну… на худой конец молоток. А тут мотыга… Веревки… Это не грабители… вернее, грабители, но это все им нужно для какого-то другого преступления, они к чему-то готовятся. Я не знаю к чему, по списку непонятно, для чего это всё, – признался он честно.

– Хорошо, давай дальше. По поводу листовок. Почему ты агитатора искать не собираешься?

– Да нет же, нет! Собираюсь! Но я имею в виду, что поймать его трудно, три месяца уже над этим лейтенант Горченко бьется. Его надо не искать, а выманивать. Он умеет хорошо скрываться. Поэтому надо попробовать зайти с другого конца! Не нам искать, а самим стать теми, кого немцы ищут. Им ведь нужны предатели, шпионы, перебежчики, для этого же листовки распространяют! Чтобы переходили люди на сторону Гитлера, служили абверу. И мы можем сделать вид, что хотим служить, что мы предатели родины! И тогда выйдем на организаторов – тех, кто занимается печатью листовок в подпольной типографии. Ведь они могли уже кучу народа завербовать. Что, если листовки пять или десять человек раскидывают в разных местах? Они, конечно, тоже преступники, но самый главный над ними один. Он все это делает, чтобы набрать еще людей себе в помощники. Главный тот, кому нужны новые перебежчики, он все придумал, и он организовал, на него надо выходить!

От глотка спирта внутри у Алексея будто пружина распрямилась. Парень больше не стеснялся командира, а говорил открыто все, что скопилось в голове за день.

А капитан Потапов внимательно слушал каждое слово, не выдавая ничем, что удивлен умом нового сотрудника. Хотя, так же как Володя Горченко, готов был воскликнуть: «Ну Голова!»

По третьему пункту уже сам Алексей начал разговор:

– Товарищ капитан, я до того, как к вам был направлен, служил в фильтрационном лагере для советских военнопленных. Там мы проверяли тех, кто вернулся из немецкого плена, чтобы… ну, вы понимаете, не затесался предатель. У нас там был немецкий агент, он добровольно сдался, как только оказался на родине. И вообще согласился сотрудничать с абвером, чтобы вернуться назад в СССР. Но это другая история, он очень много ценных сведений сообщил, так как обучался на специальных курсах для шпионов, и там он не один был.