Чужих не жалко

Не вовремя затрезвонил телефон. Звонила жена. Игорь тихо сказал в трубку:

Сунул телефон снова в карман пиджака.

Переписав фото и видео дочери на флешку, он удалил папку «Елена» из памяти компьютера. Удалил со всем содержимым. Как будто кто-то чужой мог причинить вред его дочери, посмотрев на ее фотографии.

Папка исчезла. На ее место в окне браузера переползла папка с названием Ефимовы. То ли художник собирался рисовать групповой портрет целой семьи, то ли кого-то из Ефимовых по отдельности. Впрочем, Ефимовы могли быть его родственниками или друзьями, и ему просто хотелось хранить их фото.

Игорь машинально двинул мышкой, равнодушно глядя на названия папок. Здесь были имена, женские и мужские, встречались и фамилии. Рядом с некоторыми именами стояла буква – по-видимому, та, с которой начиналась фамилия.

Букву художник ставил, когда имя в названиях папок повторялось.

Одна из папок называлась «Лилиана».

Он не имел никакого права заглядывать в эту папку.

Игорь открыл ее, и ему показалось, что он перестал дышать.

Фотографий Лили было намного меньше, чем фотографий Лены, всего пять. Видео не было совсем.

Художник снимал его жену в соседней комнате, там, где сейчас сидела Станислава. На двух фото Лиля сидела на диване, на двух за столом. На одном стояла спиной к книжным шкафам.

Станиславе кто-то позвонил, она тихо заговорила.

Игорь лихорадочно, как будто ему могли помешать, переписал и эту папку на флешку, проверил, что файлы на съемном носителе открываются, и удалил «Лилиану» из памяти компьютера. Очистил корзину.

Сил встать не было, но он себя заставил.

– Посмотрели рисунки? – участливо спросила Станислава.

– Нет. Мне не хочется сейчас это делать. Не возражаете, если я еще приеду?

– Нет, конечно. Хотите, я оставлю вам ключи?

Потом он пожалел, что отказался.

Еще пожалел, что вызвался привезти сюда Станиславу, и теперь пришлось отвозить ее домой.

Он с трудом дождался, когда она выйдет из машины, отъехал от ее дома, остановился у тротуара и закрыл глаза.

Ему показалось, что только здесь, в машине, он еще какое-то время будет в безопасности. Потом враждебная и страшная действительность ворвется и в салон авто.

Он пытался себя успокоить. Он понимал, что Лилины фотографии в компьютере художника имеют какое-то простое и ясное объяснение.

Темнота за окном машины сгущалась и казалась все более угрожающей. Игорь тронул машину с места.

Сегодня голова болела и кружилась меньше. Когда лежал, не болела и не кружилась совсем. Иван лежать бы не стал, Соня настояла.

Держать ноутбук на коленях было неудобно, непривычно, это мешало сосредоточиться, и Иван злился, просматривая ленту новостей.

Давний приятель Валерка Тарасенко позвонил, когда Иван отложил компьютер, решив, что помучился достаточно.