Чужих не жалко

А активных проще и надежнее пересажать, чтобы остальных не баламутили. Я тебя уверяю, что именно так и происходит.

– Но кто-то же Степана избил!

– Думаю, постаралась компания, которая будет строить полигон. Наняли каких-нибудь уголовничков. Или своих охранников попросили. Компании лишний шум ни к чему, вот и пытаются унять баламутов. Не надо примешивать политику туда, где ее нет.

– А сестра почему погибла?

– Понятия не имею. Иван сказал, превышение скорости на мокрой дороге.

– И ты в это веришь! – скептически усмехнулась Стася.

– А во что я должен верить? – засмеялся Марк и позвал: – Иди сюда.

Стася подошла к сидящему у стола Марку, он потянул ее к себе на колени.

Ему не хотелось думать о том, как Иван пытается вычислить убийцу Егора. Если честно, Стасе тоже.

Пошел дождь, застучал по подоконнику. От дождя за окном собственная кухня казалась еще уютнее.

Степа смотрел на Ивана с уважением. Даже, пожалуй, с большим уважением.

Еще он очень переживал, что нанес Ивану физическую травму.

– Ничего, – успокоил его Иван. – Я же не успел тогда тебе представиться.

Против строительства мусорного завода и полигона жители протестовали активно. Иногда власти протестов не замечали, иногда пытались протестующих разгонять. Степан был среди организаторов, и, чему мало кто удивился, месяц назад на него напали. Почти открыто: остановили машину, когда он подъезжал к родному городу, сломали пальцы, нанесли другие травмы.

Убивать не собирались, хотели, чтобы он сделал правильные выводы.

Степан их не сделал, но осторожность начал проявлять.

Испугался он, когда погибла Настя. Не за себя испугался, за Ксюшу. Ну и за родителей, конечно.

Впрочем, им мало что угрожало, родители жили в охраняемом поселке.

Он тогда перестал появляться в квартире, которую снимал, арендовал другую. Поменял симку. Перестал встречаться с Ксюшей.

– Ты бы ее как-то успокоил, – посоветовал Иван. – Девочка переживает, мучается.

– Ей со мной опасно быть.

Степан, которому было около тридцати, казался Ивану большим ребенком. Черт возьми, Иван в его возрасте ребенком не был!

– Ну так ей и скажи! Скажи, что дело революции тебе дороже. Зачем же морочить девчонке голову!

Степан удрученно усмехнулся. Подумал.

– Можно вашим телефоном воспользоваться?

– Можно, – кивнул Иван и крикнул: – Соня!

Жена прибежала из соседней комнаты.

– Сонь, принеси мой мобильный.

Говорить с Ксюшей Степа вышел на балкон. Говорил долго, минут пятнадцать.

Кажется, решил с любимой не расставаться, вернулся повеселевший.

Опять сел на стул рядом с лежащим на диване Иваном, сложил руки, как на допросе.

Допрос больших результатов не принес.

Откуда и куда ехала его сестра среди ночи, Степан не знал.