Я! Еду! Домой! От чужих берегов

К моему большому удивлению, за рулем машины оказался обладатель того самого голоса, который рассказал мне в церкви о неудачных финансовых операциях Преподобного.

– Меня зовут Джон. Джон Мак-Кинли, как убитого президента. Я был шерифом в этом округе, а теперь возглавляю охрану аэродрома и поселка.

– Поселка?

– Там, за церковью, несколько кварталов домов и трейлеров,– показал он рукой в темноту.– Нам удалось все оградить, и теперь там живут люди.

Машина рыкнула двигателем и рванула с места, направившись в сторону терминала аэропорта.

– Как поговорили с Преподобным? – спросил Мак-Кинли.– Я уже слышал, что вы хотели поменять самолет.

– Хорошо,– ответил я.– Завтра нас должны отвезти в Индепенденс.

– Отвезти? – вроде как немного удивился он.– Кто?

– Не знаю,– пожал я плечами.– В этом что-то неправильное?

– Все эти поездки до Индепенденса организовываются через меня, а мне никто не сообщил."

"Самолет выскочил на летное поле и покатил по гладкой, как зеркало, рулежной дорожке. Угловатое современное здание терминала приближалось. А я немного задумался. Преподобный мне все же не нравился. Здорово так не нравился, до крапивницы и тошноты. И если от такого человека зависит твоя судьба, а он начинает поступать странно – повод насторожиться. Я даже бросил взгляд на наш самолет – так, на всякий случай, и почувствовал, как холодеет спина: самолет стоял в стороне, задвинутый грузовиком. Его явно поставили так во избежание самовольного нашего отлета, иначе не объяснишь. Бывший шериф тоже глянул в ту сторону и хмыкнул. Затем вдруг остановил машину и повернулся ко мне.

– Я вот что тебе скажу, парень,– начал он.– Нашему Преподобному я бы на твоем месте не слишком доверял. Этот парень раньше катался по всему штату со своим молельным балаганом и собирал деньги с доверчивых идиотов. Ставил шатры, открывал свою ярмарку, а потом с ним были вечные проблемы.

– Теперь он ваш босс? – спросил я.

– Не знаю, если честно,– ответил Мак-Кинли.– Он здесь все же духовный лидер, но люди ему подчиняются.

– Я заметил – даже казни устраивают.

Мак-Кинли задумчиво пожевал, затем сплюнул длинной желтой вожжой слюны. В воздухе запахло табаком. Затем он сказал:

– Преподобный жесток, верно. И его наемников я не люблю, это ублюдки из какой-то частной компании, не знаю уж, как они там договорились. Но пока от него страдали адвокаты, банкиры, гомики и даже политики. Те, кто довели эту страну до того, что она не сумела защититься. Великая страна, парень, а проиграла тупым мертвецам… – Подумав немного, он добавил: – А простым людям с ним легко.

– А где он берет «грешников»? – уточнил я.

– По-разному,– пожал он плечами.– Много беженцев к нам до сих пор прибивается. На дорогах появились заставы, там опрашивают проезжих и некоторых задерживают.