Я! Еду! Домой! От чужих берегов

Ё-моё, они что, согласованно действуют? Та, что у двери, пытается отвлекать, а вторая – залезть сзади, в выбитое окно?

А почему бы и нет? Разве я сам не заметил, что мертвецы постепенно начинают лучше соображать? Кто знает, какой у них лимит на это дело? И вот дождь этот, что они так оживились? Воду в виде рек и каналов они не любят, а вот дождь? Они же высыхают, я сам заметил, проезжая через городки без людей, а теперь что, баланс жидкостей в организме восстановлен? А почему бы и нет? Реки их удерживают не тем, что там вода, а тем, что мертвецы не умеют плавать, их просто унесет течением или они потеряют ориентацию, а так, вода с небес для них небось самый щорс, вроде стимулятора.

О чем бы не думать – лишь бы не о том, что мы в очень плохой ситуации. На улице ураган, на нас охотятся мутанты, а защита у нас не то что хлипкая, а какая-то вообще игрушечная. Ненавижу американскую манеру строить: у нас что ни контора, так кирпич и решетки на окнах. Как у меня дома, например,– хрен бы нас там достали. Мутанты бы на улице скакали, а мы чай бы пили и в окна поплевывали. Косточками от лимона.

Снова звон выбитого стекла, уже в другом офисе, Сэм метнулся туда, а с ним почему-то на этот раз рванул Сокс, причем так неожиданно, что хозяин чуть не споткнулся об него.

– За ним, помогай! – крикнул я, подтолкнув Дрику.

Вдвоем справятся, должны справиться, а я тут, дверь и тыловое окно прикрою, всем вместе нам уже метаться нельзя. Нас в кольцо берут – в этом совсем никаких сомнений не осталось.

Послышались две коротких очереди, затем снова наступила тишина, если не считать «не-тишиной» вой ветра и стук дождя с улицы и уже осточертевший звон чего-то металлического, болтающегося на ветру. Но мозг привык за сегодня фильтровать звуки, делить их на безопасные и опасные. Звон битых стекол – опасный звук, ветер, воющий и дующий с бешеной силой уже много часов,– безопасен, как ни странно.

– Сразу смылся, как увидел меня,– сказал Сэм, обернувшись ко мне от дальней двери.– Это умная тварь, да, сэр.

– Мне тоже так кажется,– согласился я с ним.

Дрика промолчала. Она стояла рядом с Сэмом, крутя головой во все стороны.

– Осторожно, еще окно рядом с вами,– сказал я, направив луч фонаря на окошко в трех шагах от них.

К сожалению, окон было немало – в каждой стене по два, лишь в той, с которой был вход, одно, вместо второго – дверь. Таким образом, приемной, или как это помещение назвать, досталась половина площади всего домишки и три окна из семи – как раз с трех сторон. Офисы же занимали по четверти площади, и в каждом было по два окна, на две стороны, в смежных стенах. Слишком много входов, нам троим нормальную оборону держать трудновато.

– Так и стоим,– объявил я.– Дрика, обернись к окну рядом с тобой, присматривай за ним постоянно.