Я! Еду! Домой! От чужих берегов

Домов было даже два – одноэтажный, вроде конторки, возле которого в рядок выстроилось несколько легковых машин, и второй, побольше, на два этажа, напоминающий собранные в два яруса строительные бытовки с наружными металлическими лестницами, по которым в такой ветер карабкаться совсем не хотелось.

Машины мы втиснули в узкий, на первый взгляд вообще похожий на щель, технологический проезд между рядами контейнеров. Места было оставлено ровно на рельс и катающуюся по нему ногу крана, который наподобие арки катался над штабелями, выдергивая нужное. Но метров шесть-семь ширины в этой «щели» все же было – такие тут были масштабы.

Встали. Решив, что мокнуть достаточно, я перегнулся через спинку сиденья, покопался в кармане своего рюкзака и выдернул оттуда такой же желтый нейлоновый дождевик, как тот, что был надет на Дрику.

– Выходим? – спросила она, решительно ухватившись за автомат.

– Да, пожалуй,– кивнул я и полез наружу.

Кот, естественно, выходить в непогоду не стал, так и сидел за привязанным мотоциклом, настороженный до невозможности.

Ветер, несмотря на то что мы тут как в ущелье были, все же не так наваливался, как на свободном пространстве. Можно было и стоять, не опасаясь, что тебя понесет, как тот ящик, и даже разговаривать, хотя, скорее, все же не разговаривать, а орать.

– Деваться нам некуда, но и судно никуда не пойдет,– прокричал Сэм, придерживая рукой капюшон старой парки.– Они не могут быть настолько психами, чтобы попытаться покинуть порт в ураган.

Слышно его было как-то странно, ветер словно уносил по половинке каждого слова, стоило тому вылететь изо рта нашего приятеля. Звучало все как испорченная запись.

– И тот парень в Порт-Артуре сказал, что они выходят завтра,– прокричала Дрика, прикрывая рот ладонями на манер рупора.

– Верно,– кивнул Сэм,– а нам надо пока забраться в тот домик и там почесать в затылке. Оттуда и «Алисия» под надзором, незаметно не сбежит, да, сэр.

– Согласен,– кивнул я.– В домик для начала схожу я сам, а вы прикрывайте, в порту полно мертвецов.

– Я с тобой,– решительно сказала Дрика.

– Не надо,– покачал я головой,– мы с тобой этого не отрабатывали. Выскочит какая-то тварь неожиданно, а я получу очередь в спину. Оставайся с Сэмом.

Я думал, что она обидится, но «хороший ребенок» остался самим собой – Дрика только кивнула.

Хорошо, что Сэм догадался прихватить монтировку из машины: не пришлось бить стекла и лишать нас самих укрытия от ветра и дождя. Дверь была заперта, но она была тоже американская – хлипкая и с никудышным замком. Сэм ловко поддел ломиком, напрягся – что-то хрустнуло, и она распахнулась."

"Вошли все втроем, светя фонарями, но Сэм с Дрикой должны было остаться прямо на пороге, мы так договорились.