Я! Еду! Домой! От чужих берегов

Специально так? У кого-то там, наверху, нездоровое чувство юмора?

В таком напряге просидел больше часа, молча, глядя вперед и пытаясь молиться непонятно кому о том, чтобы чертов ураган, который явно приближается, не испортил нам все. Ну не должно так быть, не может, это просто ни в какие ворота.

Сэм еще прибавил скорости – значит, тоже нервничает.

– Далеко еще? – спросил я его по рации.

– Час, не больше. Успеем до урагана. Нам только Бэйтаун проскочить бы без происшествий, и мы почти на месте.

– Там еще мост впереди? – уточнил я, глянув на карту, которую заботливо держала развернутой Дрика.

– Мост. Но там еще два моста есть,– ответил он.– Через какой-нибудь проедем, как я думаю. Или придется объезжать весь город по кругу, а заодно и озеро. Это уже чертовски далеко.

Я ничего не ответил, но занервничал сильнее. Мосты… мало ли что на тех мостах сейчас. В Хьюстоне тоже нефтяные терминалы под контролем, могли и мосты перекрыть. А если перекрыли, то за каким чертом через них тогда кого-то пропускать? Проще послать куда подальше. А мы не в тех силах, чтобы на это возражать. Вон как в Порт-Артуре они окопались, даже с броней.

Начали срываться первые капли дождя, летевшие с ветром почти горизонтально, вперемешку с пылью и мелким мусором. Они застучали по лобовому стеклу фургона, пришлось включить щетки, которые, давно пересохшие, поначалу просто размазывали воду, мешая смотреть.

Где-то вдалеке, над Мексиканскими заливом, сверкнула молния, и там же небо становилось все темнее и темнее, превращаясь даже не в свинцовое, а в нечто почти черное.

– Ой, что это будет? – пробормотала Дрика, вглядываясь во тьму приближающегося шторма.

– Будут проблемы,– исчерпывающе ответил я.– Большие такие.

Ветер временами закручивался в маленькие слабые торнадо, один такой смерч поднял большой мокрый пальмовый лист и швырнул его нам навстречу, налепив на решетку, закрывавшую лобовое стекло, прямо у меня перед лицом. Пришлось остановиться. Когда попытался выбраться из машины, ветер чуть не вырвал у меня из рук открываемую дверь, я даже испугался, что не удержу и ее просто выворотит из петель. Но ничего не случилось, пока он был еще не настолько сильным.

Но и не слабым. Он все же трепал рукава майки, щекотно ворошил волосы, и чувствовалось, что он только начинает набирать силу, что вся его мощь проявится очень скоро, вот-вот, как только быстро приближавшиеся тучи достигнут нас.

Я сдернул лист с решетки, и он улетел дальше, подхваченный вихрем.

Тигр тоже заметно беспокоился. Он даже не спал, хотя занимался этим благородным делом практически все время, пока мы были в пути, а искал уголок поукромней в большом кузове фургона – вроде как спрятаться намеревался от грядущих неприятностей.