Я! Еду! Домой! От чужих берегов

– Ну что, попытаемся связаться? – озадачился я.

Мне никак не удавалось определиться с решением, что же лучше: подкатить сначала к мосту и глянуть на него издалека или все же сначала попробовать установить связь? Решающую гирю на весы моих сомнений бросил Сэм, сказав:

– Я все же глянул бы сначала. Издалека и аккуратно.

– Фейс-контроль? – спросила Дрика.

– Вроде того, дочка,– подтвердил Сэм.– Хотя бы убедиться, что пост на мосту, если такой есть, стоит спиной к Порт-Артуру, а не наоборот.

Это да, все может быть. Пост быть должен – нет места удобней и безопасней, чем баррикада, устроенная на середине моста, висящего на огромной высоте. Подход к ней сперва по дамбе, потом по самому длиннющему мосту, и никак иначе. Но кто там сидит и зачем – лучше глянуть заранее. Сейчас на все лучше смотреть заранее.

Развернувшись, мы неторопливо поехали в обратном направлении, потому что вынуждены были огибать по часовой стрелке огромное болото, временами превращавшееся в настоящее озеро.

Пейзаж оставлял очень странное впечатление. Куда ни глянь – везде можно было увидеть возвышавшиеся над деревьями гигантские нефтяные танки, заводские корпуса, трубы и градирни, с другой стороны – фермы, затерявшиеся среди деревьев. Ближе к городку – вполне приличные дома с бассейнами, в которых явно должны были жить если не богачи, то те, кого относят к «верхнему среднему классу». Такие дома обычно в других местах привычно видеть, не среди индустриального пейзажа и гниловатых болот. Хотя где-то управление окружающих заводов тоже должно жить, верно? Должно было жить , если точнее. Пока ни одной по-настоящему живой души на глаза нам не попалось.

Граница городка не ощутилась: не было ни высотных домов, ни многоэтажек – ничего. Разве что дома стали чуть попроще, чем за городской чертой, и сбились немного теснее, но все равно застройка была куда как просторной. Проскочили пару магазинов, какое-то странное длинное здание с галереями и колоннами, заправки – людей не было. Зато были уже привычные зомби, давно превратившиеся в естественную часть городского пейзажа. Все больше неактивные, валяющиеся на земле или сидящие под стенами. На шум моторов реагировали вяло, хотя некоторые все же поднимались на ноги и тупо брели следом.

– Здесь вообще защищаться невозможно было бы, хуже, чем в Юме,– сказал я, разглядывая пейзаж за зарешеченным окном фургона.

– Почему? – спросила Дрика.

– Ни одну улицу перекрыть невозможно – все очень просторно, между участками даже заборов нет.

– Да? – чуть озадаченно переспросила она.

– Юма так и накрылась,– высказал я свое мнение.– Там вроде военные с полицией пытались что-то делать, но тоже самый глухой переулок шириной в главную улицу большого города.