Чужие степи — часть вторая

Причём попасть желательно в центр, ведь скорее всего рюкзак отскочит, и тогда не факт что его поймают.

— Первый заход делаем пристрелочный, — говорю я ему. — ты просто смотришь и прикидываешь как лучше бросить. Второй раз уже «боевой», — главное сам только не вывались! И помни, если с первого раза не выйдет, будут ещё две попытки, ты понял?!

Иваныч кивает.

— Ну тогда, всё, погнали!

Температура в норме, стрелки приборов на своих местах, и я уже привычно разворачиваюсь носом вперёд. Тормоз, обороты, опять тормоз и опять обороты. В этот раз мне даже показалось что отрыв произошел метров на пять раньше, хотя может быть действительно показалось.

Высоко не задираюсь — главное деревья не задеть. Довожу высотомер до сотни, прицеливаюсь в сторону цели, и стараясь не набирать высоту, добавляю обороты. Печка работает, но в кабине холодно, дверь в салон открыта, поэтому теплый воздух быстро уходит. Главное чтобы стекла не потели, но я и не припомню чтобы они вообще когда-то потели.

До цели меньше минуты, снижаю обороты и чуть «ныряю» штурвалом. Самолет послушно исполняет, мы немного снижаемся — стрелка на семидесяти. Еще «нырок» — пятьдесят. Скорость девяносто и падает. Ору чтобы приготовились, дверь открывается и из кабины «выносит» последнее тепло.

Высота сорок — сам удивляюсь своей наглости, скорость восемьдесят, проходим над целью. Отчётливо вижу посиневшие лица ребят, и добавляя обороты тяну штурвал вверх."

"Довожу до сотни и разворачиваюсь. Сейчас главное повторить всё в точности, причём ещё как-то учесть скорость ветра.

Автоматически ищу место где можно приземлится если что-то пойдет не так, но ближайшая ровная поверхность нужной длины находится неблизко, да и ровная ли она — совсем не факт. Дед может быть и сел бы где поближе, но мне такое не под силу, выполнять что-то кроме заученного, я не умею.

Высота семьдесят, скорость сто — работаю штурвалом и оборотами, закрылки не трогаю, на такой высоте это может быть опасно. Снова синие лица и набор высоты.

— Как там? — не отвлекаясь от управления, спрашиваю Андрея. Ответ не утешителен,

— Мимо! — коротко бросает он.

Снова захожу на разворот и повторяю манёвр. В этот раз чуть перебарщиваю с оборотами, и над точкой сброса скорость снижается до семидесяти, мне в какой-то момент даже кажется что самолет начинает падать, и не дожидаясь подтверждения бомбометания я до упора толкаю рычаг газа.

— Есть! Попал! Попал! — кричит Андрей, а за ним и весь экипаж взрывается одобрительным рёвом.

На душе становится как-то по особенному легко, и так же с легкостью я поднимаю машину аж на триста метров, и разворачиваю обратно к лагерю. Настроение отличное, наверное от того что подспудно я сам не верил в успех, — шутка ли, со второго раза попасть в такую незначительную цель.