Чужие степи — часть третья

— Спасибо Васёк! — трясет он меня за плечи, — Спасибо тебе! Сохранил таки мою ласточку! Век не забуду!

Снова лезет обниматься, и расчувствовавшись, по-стариковски всхлипывает от избытка чувств.

Впрочем, продолжается это не долго, и вскоре мы оказываемся дома.

Здесь прибрано, пустовато как-то, но совершенно нет никаких следов произошедшего. Даже печка уже растоплена, видимо затопили, как только заметили самолёт.

Тогда, в ту ночь, несмотря на то что мы сбежали, устранив тем самым повод к раздору, бойня в станице продолжилась в классическом варианте гражданской войны. Стенка на стенку.

С одной стороны военные во главе с Василичем, с другой сборная солянка из роптавших на власть казаков, и распалённых гибелью родича и нашим бегством армян. Не знаю к чему бы всё это привело в итоге, но к утру, считавшиеся погибшими члены группы вдруг стали появляться прямо из ниоткуда, в «ненормальном», живом состоянии. В общем, сумбур и непонятки. И хотя с каждой из сторон уже были жертвы, но ошарашенные «чудом» люди всё же нашли в себе силы остановиться, и сесть за стол переговоров.

Не могу сказать что они тогда чувствовали, рассказ Василича был весьма лаконичен, одно знаю твёрдо, оказаться на их месте я бы не хотел.

Это как потерять что-то очень-очень важное, отомстить, а потом найти потерянное в другой куртке. Страшно и больно.

Но сделанного не воротишь, поэтому надо перешагнуть через это, и жить дальше. Тем более, если рассматривать наше путешествие не как бегство, а как разведку, то разведка эта получилась очень даже продуктивной."

"И пусть мы ничего не приобрели в материальном плане, но зато собрали такое количество информации, — причём информации настолько критично важной, что, как бы цинично это не звучало, она стоила принесённых жертв.

— Уже почти двенадцать! — крикнула из кухни Аня, напоминая что на пол первого договорились встретиться с Василичем. Он должен был собрать тех кому доверял, а таких было не много, ну а мы отчитаться о «проделанной работе». Как я понял из его слов, после всей этой бучи, какой-то определенной власти в селе не было. Народ хоть и примирился, но как только доходило до каких-то решений касательно руководства, волнения начинались с новой силой. Поэтому пока жили так, по инерции. Благо что и решать особенно было нечего. Обычная рутина.

Поблагодарив супругу за напоминание, я решил что времени ещё достаточно, — а за мной должны были заехать минут через двадцать, и осмотревшись в доме, вышел во двор.

Заглянул в сараи, проверил ветряк. На первый взгляд ничего не пропало, всё лежало на своих местах. Ветряк крутился, но тока не давал, видимо ветром сорвало один из ведущих к батареям проводов. Дел на десять минут, но сейчас некогда, займусь попозже.