Чужие грехи (СИ)

В итоге разговоры о семье практически становятся больше похожи на допросы. Это начинает бесить основательно.

Возвращаясь домой, в пустую квартиру, понимаю, что в принципе, при других обстоятельствах я бы познакомился с ней и так, девушка привлекательна, умна, и не фанатична в отношении денег. Удивительное сочетание красоты и воспитания, как будто она не сестра этого ублюдка. Он только о деньгах, а она ровно наоборот: о чём угодно, но только не о них."

"Не то что я был жадным в отношении денег, нет, мне хватало на жизнь, были и накопления, позволяющие мне купить квартиру, машину, работа приносила мне хороший доход, но, не смотря на такие возможности, я презирал меркантильных девушек. Может, именно поэтому в том числе к двадцати восьми годам оставался холостяком.

Даша в этом направлении себя никак не проявляла. Мне самому иногда даже хотелось чем-то побаловать, удивлять и вкусно кормить. Она радовалась буквально всему: приглашению в кафе, букету цветов, неожиданно купленному подарку.

Когда я разыскивал ублюдка я узнал, что у него была не только моя сестра, и деньги он тянул не только из неё. Но, почему же так не неприхотлива его сестра? Неужели не баловал её, получая деньги у тех, с кем спал? Он пользовался популярностью у девчонок, в основном молодых, юных, неопытных. Видимо, умел обаять, сказать то, что хотят слышать, и получал то, что было нужно.

Что касается моей сестры, я Настю баловал. Мне кажется, она вообще у нас была залюбленной в семье: самая младшая, девочка, любимая и желанная для родителей.

Как утверждают психологи, возраст современной молодёжи сильно отличается от возраста молодёжи лет 30 назад. Если во времена наших бабушек и дедушек, родителей в 20 лет уже вовсю работали и обзаводились семьями, то сейчас в 20 лет ещё детство в попе играет.

Ко мне это утверждение не относилось. Меня сложно было назвать мальчиком с детством в попе. С самого рождения во мне не было особого разгильдяйства. Родители не навязывали мне обязанность присматривать за сестрой. Да, говорили про ответственность, но навязывать — никогда. Я сам как-то решил в одиннадцать лет, что моя сестра во мне нуждается, она маленькая, а я взрослый.

Сейчас при анализе наших отношений я понимаю, что иногда сам воспринимал свою сестру чуть ли не как свою дочь.

В отношениях с Дашей притворяться мне становилось всё сложнее с каждой встречей. Ничего у меня не получается в части получения информации о Дашином о брате. Она всячески давала понять, что разговоры это ей не нравятся.

Наши отношения оставались до настоящего времени платоническими, я не переходил какие-либо грани, не хотел. Поцелуи с ней меня заводили меня в такие фантазии, от которых вечерами хотелось лезть на стенку.