Чужие грехи (СИ)

А как забыть всё, что произошло с нами, если повсюду у родителей в доме были фотографии нашего детства, нашей юности, счастливой жизни? Я не хотел этим окружать себя больше. С глаз долой, из сердца вон. Но родителям жить воспоминаниями было спокойнее. Они не хотели ничего менять, а я ничего не имел права требовать.

После трагедии выкинул розовую кровать, сделал ремонт, чтобы стереть из памяти мою сестру, её ребёнка, слёзы матери и печаль отца. Нет, я не выкинул их из своей головы, я делал это скорее, чтобы не сойти с ума от чувства вины. Да только от себя не убежишь.

Был ли я эгоистом в тот момент по отношению к своим родным? Да, был. Но, наверное, я так сам себя спасал. Замкнулся, закрылся от этих мыслей. Но продолжал навещать племянника и помогать родителям.

…Я даже не знаю, почему я решил её поцеловать. Просто спонтанное желание. Она привлекательная. Этого не отнять.

Сейчас, подойдя к ней ближе, увидел в её широко распахнутых, смотрящих на меня глазах растерянность и ожидание. Я чувствовал, что она хотела того же самого. И меня это очень устраивало: чем ближе враг, тем выгодней позиция.

Смотря в её глаза, касаясь рукой щеки, убрал локон, выбившийся из лёгкой причёски. Тепло её румяных щёк грело ладони. Даша и не отталкивала, и не приближалась, ожидая мои дальнейшие действия.

Моё обоняние уловило её лёгкий запах, приятный и нежный. В этот момент я чувствовал себя гурманом, который наевшись разных блюд впервые вкушал что-то новое, интересное.

Она облизнула губы и у меня сорвало предохранители.

С её стороны поцелуй сначала был неуверенным, а потом она доверилась мне и расслабилась. Я держал её лицо руками, целуя то нежнее, то сильнее и напористее, и в какой-то миг вдруг стало неважно, кто из нас доминирует в этом поцелуе, потому что мы оба наслаждались.

Я не хотел терять контроль над своим сознанием и вовремя остановился.

— Сладко, — оторвавшись от неё, всё, что я смог сказать.

И понял, что не обманул. Мне на самом деле было очень сладко.

Глава 11

Максим. 2020

Сегодня остался ночевать у родителей. У мамы было высокое давление. Отцу тяжело одному с маленьким ребёнком. Матвей отчаянно поджимал ножки к животику и кричал. Скорее всего, у него были колики, начитался уже всего про младенцев во всяких журналах, изучая разные вопросы развития малышей.

Сейчас словно сам превратился в отца, молодого и неопытного.

Обстановка в доме удручающая. Давит плитой не только на душу, но и на тело. Кажется, от этого напряжения стал потихоньку ненавидеть родительский дом, эти постоянные крики младенца, равнодушие матери к своему ребёнку. Безумие — одним словом!

Любая попытка заинтересовать Настю не приносила никаких успехов.