Чужестранка в гареме

Губы Халида изогнулись, словно он хотел улыбнуться, но передумал. Его слова в самом деле прозвучали смешно: в конце концов, он был злодеем, насильно удерживавшим девушку в плену."

"– Я хочу есть, – сказала Хедер. – Пожалуйста, проводите меня в каюту. Я хочу сразу приступить к стирке ваших штанов, а то пропущу и завтрак, и ленч.

Каюта капитана осталась такой, какой ее запомнила девушка. В просторной комнате стояли настоящая кровать, стол и два стула. На полу лежал ковер с затейливым узором, по которому были разбросаны подушки.

– Располагайся, – сказал Халид и вышел, закрыв за собой дверь.

Пройдя через каюту, Хедер выглянула в один из иллюминаторов в надежде увидеть берег. Когда-то она снова встретится с Эйприл?

Может быть, ее кузина права. Принц действительно намного красивее хорька, а королева может выбрать ей в мужья еще более отвратительного человека, чем Фужер. Если уж она привязана к одному концу его проклятой цепи, то к другому незаметно для себя оказался привязан сам принц.

Господи, и о чем она только думает? Она никогда не покорится неверному.

Хедер отбросила с лица черную вуаль. Затем она сбросила с себя яшмак и наступила на него. Плюхнувшись на кровать, она принялась чистить шаровары принца, предаваясь невеселым мыслям о будущем.

К концу дня в каюту вошел Халид, неся в руках поднос с едой. Девушка стояла у иллюминатора и смотрела куда-то вдаль. Может, она продумывала очередной план побега?

– Я почистила ваши шаровары, – проговорила она, обернувшись.

– Иди поешь, – отозвался Халид, поставив поднос на стол.

– Я не голодна.

– Когда я не даю тебе еды, ты обвиняешь меня в том, что я морю тебя голодом, – сказал Халид. – Когда я приношу тебе поднос, ты отказываешься есть. Ну что ж, еды больше не будет до тех пор, пока я не закончу свои дела в Стамбуле и не вернусь домой.

– Я покушаю.

– Я знаю, что ты не любишь есть в одиночестве, – сказал Халид, усевшись на другой стул.

Хедер подняла взгляд от тарелки.

– Когда меня отпустят? – спросила она.

– А сколько ты еще собираешься прожить на этом свете? – вопросом на вопрос ответил Халид.

Его самодовольная улыбка несказанно раздражала Хедер.

– Так вы собираетесь сделать меня своей рабыней?

– Ничего я не собираюсь. Я уже сделал это.

– Я не намерена быть еще одной женщиной в вашем гареме, – заявила Хедер.

– У меня нет гарема, – ответил Халид.

– Почему? – удивилась Хедер. Кузина рассказывала ей, что у мужчин в этой стране на содержании много женщин.

– Сейчас мое сердце не занято ни одной женщиной, – ответил принц.

– Ну разумеется, и та несчастная женщина, которая дала вам жизнь, тоже ничего для вас не значит, – горько проговорила Хедер.

Халид молча встал из-за стола и, подойдя к двери, обернулся, чтобы сказать:

– Леди, у меня нет сердца.