Чужестранка

— Сколько времени он находится в таком состоянии? — спросила я, прикладывая привычным жестом руку ко лбу Джейми, трогая затылок, подмышку, пах.

Ни капли пота, только сухая натянутая кожа, пылающая жаром. Он не спал, но сознание его было затуманено. Источник лихорадки совершенно очевиден: искалеченная рука распухла, от промокших бинтов шел тяжелый запах гниения. Грозные темно-красные линии поднимались вверх от запястья. Заражение крови. Отвратительная, угрожающая жизни гнойная инфекция.

— Я нашел его в этом состоянии, когда заглянул сюда после утрени, — ответил брат-служитель, поднявший меня с постели. — Я дал ему воды, но сразу после рассвета у него началась рвота.

— Надо было немедленно разбудить меня, — сказала я. — Ладно, теперь это уже не имеет значения. Как можно быстрее принесите мне горячей воды, малинового листа и приведите брата Полидора.

Он немедленно удалился, заверив меня, что принесет также и завтрак мне, но я на это только рукой махнула и схватила кувшин с водой.

До того как появился брат Полидор, я успела попробовать — вполне безуспешно — напоить Джейми холодной водой; пришлось заменить это мокрым холодным обертыванием: я намочила простыни и свободно наложила их на воспаленную кожу. Одновременно я опустила пораженную инфекцией руку в свежевскипяченную воду, горячую настолько, чтобы только не вызвать ожог. Если нет ни сульфамидных препаратов, ни антибиотиков, то единственным средством борьбы с бактериальной инфекцией остается сильное тепло. Тело больного потому и пылает жаром, что борется с заражением, но этот жар сам по себе представляет серьезную опасность для организма, сжирая мышечную ткань и разрушая нервные клетки мозга. Весь фокус в том, чтобы применить местно достаточно тепла для борьбы с инфекцией, а остальную часть организма держать в прохладе и снабжать достаточным для его функционирования количеством влаги. Короче, черт бы их побрал, решать три трудно совместимые проблемы одновременно.

Ни душевное состояние Джейми, ни его физические страдания теперь не приходилось особенно принимать во внимание. Шла напряженнейшая борьба за то, чтобы сохранить ему жизнь, в то время как лихорадка и заражение делали свое дело. Сохранить жизнь — все остальное утратило смысл.

К вечеру второго дня у него начался бред. Мы привязали его к кровати мягкими полосами ткани, чтобы он не свалился на пол. Я решилась использовать крайнее средство борьбы с температурой и послала за большой корзиной снега; мы обложили Джейми этим снегом. Его бросило в дрожь и отняло много сил, но температура на какое-то время снизилась."

"К сожалению, это приходилось повторять каждый час.