Чужестранка. Книги 1-14

Какое-то мгновенье я судорожно соображала, а что произойдет, если я попытаюсь помешать Ричарду Андерсону встретиться с лордом Джорджем. Повлияет ли это на исход завтрашнего сражения? Будет ли шотландская армия, включая Джейми и его соплеменников, разгромлена во время спуска с горы там, где проходит канава? Или лорд Джордж придумает что-нибудь лучшее? Или же Ричард Андерсон сам попытается изыскать возможность встретиться с лордом Джорджем?

В любом случае можно было попытаться, ничем не рискуя. Я взглянула на Фергюса, сгорающего от нетерпения, и спросила:

— Ты думаешь, что сможешь найти своего хозяина? Ведь там темно, ни зги не видно. Мне совсем не хочется, чтобы кого-нибудь из вас двоих подстрелили.

— Я найду его, мадам, — уверенно заявил Фергюс.

Я и без того знала, что найдет. Ведь он всегда словно нюхом чуял, где находится Джейми.

— Ну ладно, — сдалась я. — Только Бога ради, будь осторожен.

— Хорошо, мадам, — проговорил он и молнией выскочил из дома.

Прошло добрых полчаса, когда я обнаружила, что нож, оставленный мною на столе, исчез. И только тут у меня заныло сердце, ведь я велела Фергюсу соблюдать осторожность, но забыла сказать, что он должен вернуться назад.

Первый орудийный выстрел прозвучал на рассвете и прокатился звонким эхом по всей округе. Казалось, от него задрожал даже дощатый пол, на котором я спала. Я вцепилась в руку женщины, спавшей со мной под одним одеялом. Из угла комнаты послышалось чье-то тревожное бормотанье, а женщина рядом со мной зашептала:

— Мэри, Майкл и Брайд, спаси нас…

Женщины повскакивали с пола. Но в комнате стояла мертвая тишина. Все настороженно ловили звуки, долетающие снаружи.

Я заметила жену одного из шотландских солдат — миссис Макферсон. Она пыталась завесить одеялом окно. Лицо ее побелело от страха, и она крепко зажмуривала глаза при каждом громком звуке, доносившемся извне.

Я вновь изменила свое мнение по поводу бесполезности моих знаний об исходе предстоящей битвы. Всем этим женщинам ничего не было известно ни о тайных тропах, ни о предстоящем на рассвете сражении. Они знали только одно — что их мужьям и сыновьям придется противостоять английской армии, оснащенной пушками и мушкетами и в четыре раза превосходящей их по численности. Предсказывать ход событий даже в благоприятные времена — вещь неблагодарная. Я знала, что они мне не поверят. Самое лучшее, что я могла для них сделать, — это занять их делом. Перед моим мысленным взором возникла картина зарождающегося дня и лучи восходящего солнца, золотящие волосы рослого мужчины, что делало его прекрасной целью для снаряда противника. А рядом с ним — следующий по пятам вооруженный огромным ножом мальчуган с глазами, пылающими верой в победу.

— Дамы, — сказала я, — мы уже многое сделали.