Чужестранка. Книги 1-14

От «Хайленд грейпваин» мы узнали, что он причалил к острову Эрискей, затем с несколькими большими бочками бренди отправился в Гленфиннан и ждал, откликнутся ли кланы на его призыв встать под его знамена. И после нескольких томительных часов ожидания он увидел наконец спускающихся по крутым зеленым холмам триста человек из клана Камерон, но предводительствовал не вождь клана — он находился в отъезде, а его сестра, Дженни Камерон.

Камероны были первыми, но вслед за ними прибыли и другие, все, кто были перечислены в Соглашении о сотрудничестве. Если, несмотря на все усилия, Карлу суж-дена неудача, надо как можно больше народу оставить в поместье и спасти Лаллиброх от упадка.

Айен по крайней мере уцелеет, и Джейми сможет не беспокоиться о доме.

Дома остается Айен. Уже одно это придавало ему уверенности и поддерживало бодрость духа. А как другие шестьдесят семейств, живших в Лаллиброхе? Решать, кто пойдет воевать, а кто останется, было равносильно выбору заведомых смертников. Мне приходилось видеть командиров, которых война вынуждала делать подобный выбор, и знала, чего это им стоило.

Джейми сделал выбор — у него не было иного выхода, — но в своем решении он придерживался двух принципов: в его войске не будет ни одной женщины и юношей младше восемнадцати лет. Айен был удивлен такому решению Джейми. Женщинам с маленькими детьми в принципе естественно оставаться дома, однако для большинства шотландских женщин было также естественным сопровождать мужей, отправляющихся на войну, — готовить им еду, заботиться о них и делить с ними все тяготы армейской жизни. И юноши, которые уже в четырнадцать лет считают себя мужчинами, будут смертельно оскорблены таким решением. Но Джейми отдавал свои приказания тоном, не терпящим возражений, и Айен после минутной заминки согласно кивнул и подписал приказ. Я не хотела в присутствии Айена и Дженни спрашивать Джейми, распространяется ли его приказ относительно женщин и на меня тоже, потому что, хочет он того или нет, я все равно отправлюсь с ним, чего бы это мне ни стоило.

— Оставить тебя? — спросил он, и я увидела, что он широко улыбается. — Думаешь, мне это удастся?

— Нет, — ответила я, с облегчением вздохнув и прижавшись к нему. — Не удастся. Но, может быть, ты втайне помышляешь об этом?

Он засмеялся и крепче прижал меня к себе:"

"— О да, конечно, помышляю. Но в то же время я прекрасно сознаю, что для этого мне пришлось бы приковать тебя цепями к перилам лестницы. Иначе тебя не удержишь. Таким образом, мне поневоле придется взять тебя с собой. К тому же ты еще и прекрасный лекарь. И я не хочу лишать своих людей твоей помощи, а она им наверняка понадобится.

Он дружески потрепал меня по плечу и добавил:

— Я хотел бы оставить тебя здесь, в безопасности, но не могу.