Чужестранка. Книги 1-14

Джейми направил холодный взгляд синих глаз на генерала д'Арбанвилля. Тот, увидав, какая судьба постигла Хоукинса, благоразумно опустил винную бутылку, которой было замахнулся, и отступил назад.

— Ну, давайте, продолжайте! — раздался голос за моей спиной. — Почему вы остановились, Туарах? Бейте всех троих! Громите всех! — И генерал, и Джейми, оба с неприязнью посмотрели на говорившего.

— Убирайтесь, Сент-Жермен, — сказал Джейми. — Это не ваше дело. — Его голос звучал спокойно, но громко. Он говорил так, чтобы слышали все стоящие и внизу и наверху. В плечах его камзол лопнул по швам, и сквозь Дыры виднелась белая льняная рубашка.

Сент-Жермен скривил губы в вежливой усмешке. Ему нравилось быть в центре внимания.

— Не мое дело? Как подобные происшествия могут не быть делом любого общественно мыслящего человека? — Его довольный взгляд скользнул по толпе, стоявшей внизу. — В конце концов, если гость его величества имеет такое превратное представление о гостеприимстве, что устраивает бордель в своем доме, разве это не… Нет! Вы этого не сделаете! — закричал он, едва Джейми сделал шаг в его сторону.

Неожиданно в руке графа блеснул клинок, как по волшебству появившийся из накрахмаленных манжет рубашки. Я увидела, как у Джейми сжались губы, напряглись и поднялись плечи под разорванной одеждой — он был готов к бою.

— Сейчас же прекратите! — раздался властный окрик, и оба Дюверни, старший и младший, стали проталкиваться на лестничную площадку. Молодой Дюверни повернулся, чтобы люди на лестнице могли его слышать.

— Вы! — обратился Дюверни-старший к Сент-Жермену. — Если вы хоть немного общественно мыслящий человек, как вы утверждаете, лучше займитесь делом и постарайтесь сделать так, чтобы толпа внизу разошлась.

С минуту Сент-Жермен и банкир сверлили друг друга взглядом, затем смелость Сент-Жермена куда-то улетучилась. Он молча повернулся и пошел вниз, расталкивая всех и призывая разойтись.

Несмотря на все усилия, гости, привлеченные скандалом, разошлись, только когда явились королевские гвардейцы.

Очнувшийся к этому времени мистер Хоукинс выдвинул против Джейми сразу два обвинения: в похищении его племянницы и сводничестве. Какой-то момент мне казалось, что Джейми снова ударит его. Мышцы под тонким бархатом камзола напряглись, но, поразмыслив, он не стал этого делать.

После долгих объяснений Джейми дал согласие ехать в управление охраны, которое находилось в Бастилии, видимо, чтобы самому дать там объяснения по поводу того, что произошло у него в доме.

Алекса Рэндолла, бледного, обессилевшего и абсолютно не понимавшего, что происходит, тоже увели. Герцог этого не видел, он поспешно сел в свою карету и уехал еще до появления гвардейцев.