Чужестранка. Книги 1-14

 — И если у тебя имеется достаточно текста, над которым можно работать, и ты угадываешь то одно слово, то другое, тогда все, что необходимо, — это просто переводить из одного алфавита в другой, понятно? — И он помахал у меня перед носом листком бумаги, на котором один над другим были выписаны два алфавита.

— Более или менее, — ответила я. — Тебе, должно быть, понятно, а это самое главное. Ну и о чем же там речь?

Выражение живейшего интереса, присущее Джейми при разгадывании разного рода головоломок, немного потускнело, он уронил листок на колени. Потом поднял на меня глаза и прикусил нижнюю губу.

— Знаешь, — начал он, — все это очень странно. И все же не думаю, что допустил ошибку. Видишь ли, тон всех писем Джеймса весьма характерен, и даже это зашифрованное послание вполне его отражает.

Голубые глаза под густыми рыжеватыми бровями встретились с моими.

— Джеймс хочет, чтобы Карл снискал милость у Людовика, — медленно начал он. — Но эта поддержка нужна ему не для вторжения в Шотландию. Джеймс вовсе не заинтересован в возвращении трона.

— Что?! — Я выхватила из его рук пачку писем, пробежала глазами по неразборчивым строчкам.

Джейми оказался прав. В письмах сторонников отчетливо звучала надежда на неминуемую реставрацию, в письмах же Джеймса к сыну об этом не говорилось ни слова. Все они были пронизаны одной заботой: Карл должен произвести на Людовика благоприятное впечатление. Даже займ у Мазетти из Салерно целиком предназначался для того, чтоб принц мог жить в Париже, как подобает джентльмену, на военные нужды из них не предполагалось расходовать ни сантима."

"— Знаешь, мне кажется, этот Джеймс хитер как лиса, — заметил Джейми, похлопывая ладонью по одному из писем. — Потому как собственных денег, Саксоночка, у него всего ничего. Правда, покойная жена владела крупным состоянием, но дядя Алекс говорил мне, что она завещала все церкви. Папа оказывал Джеймсу поддержку, ведь тот как-никак монарх-католик, однако и собственный интерес при этом соблюдал. — Он обхватил руками колено и сидел, задумчиво созерцая груду бумаг на диване. — Филипп Испанский и Людовик, я имею в виду короля-отца, тридцать лет тому назад дали Джеймсу немного солдат и несколько кораблей, чтоб тот попытался восстановиться на троне. Но все с самого начала пошло наперекосяк: на море был шторм, часть кораблей затонула, на остальных не оказалось умелых капитанов, и они причалили не там, где следовало, — одним словом, не заладилось. В конце концов французы просто отплыли с Джеймсом от берегов Шотландии, и нога его так и не ступила на родную землю. А потому с течением времени он, по-видимому, вовсе оставил мысль о восстановлении на троне. Однако у него подрастали два сына, надо было как-то устраивать их судьбу.