Чужестранка. Книги 1-14

И не Джонатан Рэндолл… Этот человек моложе капитана лет на десять, он почти одного возраста со мной. Лицо бледное, гладкое. Такой же четко очерченный рот, но в линиях его не угадывается жестокости.

— Вы… — прохрипела я, отстраняясь от него как можно дальше. — Вы…

— Александр Рэндолл, эсквайр, мадам, — быстро ответил он и вскинул руку, словно хотел дотронуться до шляпы, которой на голове у него не было. — Кажется, мы с вами прежде не встречались? — В голосе его звучало сомнение.

— Я… э-э… нет, не встречались, — ответила я и откинулась на руки Джейми. Они все еще были твердыми как железо, однако рука, сжимавшая мою, слегка дрожала, и я спрятала ее в складки платья, чтоб остальные не заметили.

— Довольно необычный способ знакомства, миссис… о нет, леди Брох Туарах, не так ли? — Высокий пронзительный голос привлек мое внимание, и я, подняв голову, увидела над собой румяное и нежное, как у херувима, лицо герцога Сандрингема, он с любопытством выглядывал из-за спин графа де Савиньи и герцога Орлеанского. Затем он протолкнулся поближе и протянул мне руку — помочь подняться. Держа мою вспотевшую ладонь в своей, он кивком указал на Александра Рэндолла, эсквайра, тот, растерянно хмурясь, наблюдал за этой сценой. — Мистер Рэндолл служит у меня секретарем, леди Брох Туарах. Получить духовный сан — дело, конечно, почтенное, но слугам господним платят так скудно, не правда ли, Алекс? — Молодой человек слегка покраснел, однако вежливо кивнул, признавая правоту своего нанимателя. Только тут я заметила строгое черное платье с высоким белым воротником, что свидетельствовало о принадлежности мистера Рэндолла к низшему духовному рангу.

— Его светлость прав, миледи. А потому я с глубокой благодарностью принял его предложение. — Линия губ стала жестче, по-видимому, благодарность эта была не столь уж глубока, но говорил он вежливо. Я перевела взгляд на герцога — маленькие голубые глазки щурились от солнца, и прочитать в них что-либо было невозможно.

Эту маленькую сцену прервал король. Хлопнув в ладоши, он призвал двух лакеев, следуя его указаниям, они подхватили меня и чуть ли не силком усадили в портшез-носилки.

— Никаких возражений, мадам. — Он грациозным жестом отмел все мои протесты и благодарности. — Отправляйтесь домой и передохните, мы вовсе не желаем, чтоб вы пропустили завтрашний бал. — Большие карие глаза выразительно заглянули в мои, он поднес мою руку к губам. Затем, не отводя от меня взора, кивком попрощался с Джейми, который уже достаточно пришел в себя, чтобы рассыпаться в благодарностях и извинениях, и заметил: — Что ж, я готов принять вашу признательность, милорд, но с одним условием.