Чужестранка. Книги 1-14

— Да, это уже более, чем обычное любопытство, — заметила я.

— Просто интересно было знать. Ян никак не хотел сидеть спокойно, а потому пришлось врезать ему маленько, чтоб не рыпался. — При этом воспоминании Джейми улыбнулся. — И потом мы с ним сидели тихо и дождались, и тогда он схватил пригоршню этих самых какашек, сунул мне за ворот рубахи — и наутек! Господи, он мчался как ветер! — Воспоминание о быстроногом друге юности вызвало печальные ассоциации, лицо его помрачнело, он вспомнил своего зятя, ковыляющего на деревянной култышке. Несчастный потерял ногу в бою.

— Вообще у него, должно быть, просто ужасная жизнь, — заметила я, желая отвлечь Джейми от грустных мыслей. — Я не сов имею в виду, а короля. Ни секунды уединения, даже в туалете.

— Да уж, себе такого не пожелаешь, — согласился Джейми. — Но он как-никак король!

— Гм… А мне кажется, что за роскошь, власть и все такое прочее приходится слишком дорого платить.

Он пожал плечами:

— Да. Так или иначе, но это судьба. Бог повелел ему быть королем, и выбора у него не оставалось. — Он поднял плед, накинул на плечи, один край засунул за пояс и перекинул через плечо.

— Позволь мне. — Я взяла из его рук серебряную застежку в виде кольца и скрепила края пледа у плеча. Он расправил складки, разглаживая яркую шерстяную ткань пальцами.

— У каждого своя судьба, Саксоночка, у меня тоже, — тихо добавил он, не сводя с меня глаз, и улыбнулся. — Хотя, видит Бог, я рад, что мне не надо приглашать Яна вытирать мне задницу. Но я был рожден помещиком. Хозяином земли и людей на этой земле, и я должен стараться как можно лучше исполнять свое предназначение.

Он протянул руку и легко коснулся моих волос.

— А потому я обрадовался, когда ты сказала, что мы должны постараться сделать все, что в наших силах. Хотя больше всего на свете мне хотелось бы забрать тебя и ребенка и уехать далеко-далеко и жить где-нибудь, работая на полях и охотясь на зверя. А вечерами приходить домой и укладываться рядом с тобой спать.

Темно-синие глаза мечтательно затуманились, рука теребила складки пледа, поглаживая яркие клетки с еле заметной белой полоской — знак отличия и принадлежности к клану Фрэзеров из Лаллиброха.

— Но если бы я поступил так, — продолжал он, как бы рассуждая про себя, — то та, другая сторона моей души мучилась бы и страдала. Думаю, я чувствовал бы себя предателем. И все время слышал бы голоса своих людей, которых бросил на произвол судьбы.

Я положила руку ему на плечо, он поднял глаза, на губах появилась красивая улыбка."

"— Думаю, что да, Джейми, — ответила я. — И знаешь, что бы ни случилось… как бы мы ни старались… — Я умолкла, подыскивая слова. И, как часто бывало прежде, грандиозность задачи, стоявшей перед нами, потрясла и лишила дара речи.