Чужестранка. Книги 1-14

 – Из ящика в ногах кровати доктор достал деревянные четки. – Мы сняли их, когда раздевали тебя, но Сисси сохранила их в целостности.

– «Мы»? – переспросил Уильям, цепляясь за возможность отложить расспросы. – Меня раздевали ты и мисс Хантер?

– Да, здесь больше никого не было, – принялся оправдываться доктор. – Нам пришлось положить тебя в ручей голым, чтобы сбить жар. Разве ты не помнишь?

Он смутно помнил об охватившем тело холоде и ощущении, что тонет, но счел это горячечным бредом. И к счастью – или к несчастью, – мисс Хантер не была частью этих видений.

– Я не мог донести тебя в одиночку, – признался доктор и поспешно заверил Уильяма: – Я прикрыл тебя полотенцем, чтобы тебе потом не было стыдно перед нашими соседями.

– Почему соседи с вами не ладят? – поинтересовался Уильям и, забрав у Хантера четки, сказал небрежно: – Сам я не католик, мне подарил их на память друг.

Доктор в замешательстве провел костяшками пальцев по губам.

– Вот оно как, а я подумал…

– Так что насчет соседей? – спросил Уильям и с затаенным волнением повесил четки на шею. Возможно, причина враждебности соседей кроется в том, что его ошибочно сочли папистом?

– Уверен, они помогли бы нам нести тебя, – признался Хантер. – Просто нам некогда было звать их. Действовать пришлось срочно, а ближайший дом довольно далеко отсюда.

Это не прояснило ничего об отношениях Хантеров с соседями, но настаивать на ответе было невежливо, так что Уильям кивнул и встал.

Пол вдруг покачнулся, а на краю поля зрения полыхнуло белым. Чтобы не упасть, Уильям схватился за подоконник. В себя он пришел спустя некоторое время, весь в поту. Доктор Хантер на удивление крепко держал его, не давая выпасть в окно.

– Не спеши, друг Рэнсом, – мягко сказал он, подводя его к кровати. – Давай подождем, пока ты сможешь стоять сам. Сейчас же, боюсь, в твоем теле слишком много слизи[637].

Борясь с тошнотой, Уильям сел на край и позволил доктору вытереть пот полотенцем. Похоже, у него будет больше времени, чтобы решить, куда ехать.

– Как ты думаешь, когда я смогу продержаться на ногах весь день?

Хантер задумчиво посмотрел на него.

– По меньшей мере, дней через пять, возможно, четыре. Ты крепкий и сильный, иначе я бы дал тебе неделю.

Уильям кивнул и лег. Хантер стоял над ним, нахмурившись.

– Ты далеко ехал? – спросил он осторожно."

"– Довольно далеко, – ответил Уильям с не меньшей осторожностью. – Я направлялся… в Канаду. – Он внезапно осознал, что чем больше он скажет о поездке, тем больше придется рассказывать о ее цели. Разумеется, можно иметь дела в Канаде, не связанные с английской армией, оккупировавшей Квебек, но доктор упомянул политику… поэтому лучше проявить благоразумие. И уж конечно, не стоит упоминать «Гору Джосайи».