Чужестранка. Книги 1-14

 – Оглохли, что ли?!

Видимо, оглохли. Случайный порыв ветра принес серный запах тлеющего фитиля, и я разглядела мушкеты, которые выставили, чтобы нас напугать. Несколько человек рядом со мной, похоже, потеряли голову от страха и бросились в трюм. Я поймала себя на мысли, что, возможно, это не такая уж плохая идея."

"Возле меня Джейми размахивал руками и кричал. Однако внезапно он исчез, и, повернувшись, я увидела, что он бежит по палубе. Стягивая через голову рубашку, он запрыгнул на наше носовое орудие: сверкающую медную пушку, именуемую «длинной девяткой». Опираясь для равновесия свободной рукой на плечо Йена, Джейми размахивал рубашкой, которая, развеваясь, описывала огромную белую дугу. На мгновение это вызвало недоумение: треск стрельбы прекратился, хотя шлюп продолжал свой смертоносный круг. Джейми снова замахал туда-сюда рубашкой. Несомненно, они должны его видеть!

Ветер дул в нашу сторону. Я услышала, как вновь раздался грохот орудий, и кровь застыла в моих жилах.

– Они намерены нас потопить! – завопил мистер Смит, и эта мысль эхом отозвалась в криках ужаса еще нескольких людей.

Ветер донес до нас резкий и едкий запах черного пороха. С такелажа доносились крики людей, половина из которых сейчас тоже отчаянно размахивала рубахами. Я увидела, как Джейми на мгновение сделал передышку, сглотнул, а затем нагнулся и что-то сказал Йену. Он сильно сжал плечо племянника, затем опустился на четвереньки возле пушки.

Йен промчался мимо, в спешке чуть не сбив меня с ног.

– Ты куда? – закричала я.

– Вызволить пленников! Они погибнут, если мы затонем! – прокричал он через плечо, исчезая в сходном люке.

Вновь обратившись лицом к приближающемуся кораблю, я обнаружила, что Джейми с пушки не слез, как мне сначала показалось. Вместо этого он обхватил орудие, повернувшись спиной к тому судну.

Сопротивляясь ветру, он для равновесия развел руки в стороны, а коленями изо всех сил сжал пушечное дуло. С распростертыми руками Джейми вытянулся в полный рост, демонстрируя свою обнаженную спину с паутиной шрамов, которые полыхали на побледневшей от ледяного ветра коже.

Встречное судно начало замедляться, маневрируя таким образом, чтобы скользить параллельно с нами и взорвать наш корабль следующим бортовым залпом. Я видела головы людей, высовывающихся из-за борта, вытягивающихся на вантах, – все моряки тянули шеи от любопытства. Но не стреляли.

Внезапно я ощутила мощные и болезненные удары собственного сердца, как будто оно, остановившись на минуту, снова вспомнило о своем долге и пыталось наверстать упущенное.

Над нами навис борт корабля, и наша палуба погрузилась в глубокую холодную тень.