Чужестранка. Книги 1-14

Один раз он выпорол Джема – пришлось! – и никому из них не хотелось повторения. Роджер ласково коснулся пылающего уха Джема.

– Сынок, расскажи, что произошло.

Джем глубоко вдохнул и надул щеки, потом, сдаваясь, выдохнул. Наконец.

– Хорошо. Все началось, когда Джимми Гласскок сказал, что мама, и я, и Мэнди – все мы сгорим в аду.

– Вот как?

Роджер нисколько не удивился. Шотландские пресвитериане никогда особо не славились религиозной терпимостью, и мало что изменилось спустя двести лет. Возможно, большинству из них вежливость не позволяет сообщать своим знакомым католикам, что они попадут прямиком в ад, но думают об этом почти все.

– Ну, ты ведь знаешь, что делать в таких случаях?

Джем уже слышал подобные заявления в Ридже, хотя и менее громкие, поскольку все знали, кто такой Джейми Фрэзер. Но они обсуждали эту тему, и сейчас Джем точно знал, что ответить, чтобы обойти диалоговый гамбит.

– О да. – Джем пожал плечами и снова потупил взгляд. – Просто сказать: «Вот и отлично, там и увидимся». Я так и сказал.

– И что?

Глубокий вздох.

– Я сказал на гэльском.

Роджер озадаченно почесал за ухом. Гэльский исчезал в горных районах Шотландии, но на нем до сих пор говорили, и изредка его можно было услышать в пабе или на почте. Одноклассники Джема наверняка слышали его от своих бабушек, но даже если дети не поняли, что он сказал…

– И что? – повторил Роджер.

– И мисс Гленденнинг схватила меня за ухо и чуть не оторвала его. – При воспоминании об этом у Джема вспыхнули щеки. – Она трясла меня, па!

– За ухо? – Роджер почувствовал, как его щеки тоже запылали.

– Да! – Из глаз Джема хлынули слезы унижения и злости, но он вытерся рукавом и ударил кулаком по колену. – Она твердила: «Мы. Так. Не. Говорим! Мы. Говорим. По-английски!»

По сравнению с грозным голосом мисс Гленденнинг голос Джема был на несколько октав выше, но и так можно было догадаться, в какую ярость она пришла.

– И после этого она тебя выпорола? – с недоверием спросил Роджер.

Джем покачал головой и вытер нос рукавом.

– Нет, – ответил он. – Не она, а мистер Мензис.

– Что? Как это? На, держи. – Роджер достал из кармана скомканный бумажный платок, протянул Джему и подождал, пока тот высморкается.

– Ну… Я уже поругался с Джимми, и, когда она вот так схватила меня, было очень больно. И… В общем, я разозлился, – сказал он, глядя на Роджера голубыми глазами, в которых пылала жажда справедливости. Сейчас он так сильно походил на своего деда, что Роджер чуть было не улыбнулся, невзирая на всю серьезность ситуации.

– И ты сказал ей еще кое-что, да?

– Да. – Джем опустил глаза, ковыряя грязь носком кеда. – Мисс Гленденнинг не нравится гэльский, но она его и не знает. А вот мистер Мензис знает.

– О господи.