Чужестранка. Книги 1-14

 – Неужели они, черт возьми, думают, что я поправлюсь, если буду есть всякую дребедень вроде сухариков и кашки… – Он выдохнул и подцепил следующий кусок.

– Как думаешь, с сердцем нелады? – спросил Грей.

Хэл покачал головой.

– Вряд ли, – отстраненно ответил он. – Я прислушивался к нему, понимаешь, после первого приступа. Бьется, как обычно. – Хэл замолчал и потыкал себя в грудь кулаком, повернув зажатую в руке вилку зубцами к Грею. – Здесь не болит. А ведь должно бы, так ведь?

Грей пожал плечами.

– Тогда что это был за приступ?

Хэл проглотил последний кусочек почки и потянулся за намазанным маслом кусочком поджаренного хлеба, взяв в другую руку нож для мармелада.

– Не мог дышать, – небрежно сказал брат. – Посинел, ну и тому подобное.

– О, теперь все понятно.

– А сейчас я чувствую себя вполне сносно, – немного удивленно произнес Хэл.

– Да? – улыбнулся Грей.

На миг лорд Джон засомневался, но, в конце концов… Он уезжает за границу, а всякие неожиданности не только могут приключиться, но часто и происходят. Лучше не оставлять дело в подвешенном состоянии – просто на случай, если с одним из них что-нибудь произойдет.

– Ладно, тогда… Если ты уверен, что твои бренные останки не рассыплются от небольшого потрясения, позволь мне кое-что тебе рассказать.

Услышав о существующих между Дотти и Уильямом нежных чувствах, Хэл моргнул и застыл с куском за щекой, но после недолгого размышления кивнул и снова принялся жевать.

– Хорошо, – сказал он.

– Хорошо? – переспросил Грей. – Ты не против?

– Вряд ли тебе бы понравилось, если бы я возражал, да?

– Если ты ждешь, что я хоть на миг поверю в твою заботу о моих чувствах, значит, болезнь повредила тебе сильнее, чем я думал.

Коротко улыбнувшись, Хэл допил чай.

– Нет, – сказал он, отставляя пустую чашку. – Не то. Просто… – Хэл откинулся на подушки, сложив руки поверх чуть-чуть выступающего живота, и посмотрел Грею в глаза. – Я могу умереть. Не собираюсь, даже и не думай. Но могу. И я умру спокойнее, если буду знать, что жизнь Дотти устроена с кем-то, кто защитит ее и как следует о ней позаботится.

– Я польщен тем, что ты так уверен в Уильяме, – сухо произнес Грей, хотя на самом деле ему было чрезвычайно приятно.

– Конечно, уверен, – искренне сказал Хэл. – Он ведь твой сын, разве нет?

Откуда-то издалека донесся звон церковного колокола, и Грей вспомнил о празднике.

– О, счастливого Рождества!

Хэл тоже удивился, а потом улыбнулся.

– И тебе тоже!

* * *Когда Грей отправился в Дувр, его все еще переполняло рождественское настроение, причем в буквальном смысле: карманы пальто Грея были набиты сладостями и маленькими подарочками, а под мышкой он нес сверток с пресловутыми домашними тапочками, щедро украшенными вышитыми кувшинками и зелеными лягушками.