Чужестранка. Книги 1-14

Пламенная голова медленно склонилась, и Джейми запечатлел поцелуй на моем плече.

— Твоя, — заявил он, — соблазнит и епископа.

— Ммхм. — Мне показалось, что я все лучше произношу всякие шотландские звуки. — Как бы там ни было, может, тебе все-таки стоит подвинуться. Не думаю, что даже брат Вильям обладает безграничным тактом.

Джейми осторожно опустил голову, а потом покосился на меня.

— Не знаю, что из прошлой ночи мне привиделось, а что происходило в действительности. — Его рука непроизвольно потянулась к ране на груди. — Но если хотя бы половина из того, что, как мне кажется, случилось, произошло на самом деле, я уже должен быть мертвым.

— Но ты не мертв. Я проверяла. — Немного поколебавшись, я спросила: — А хочешь?

Он медленно улыбнулся, прикрыв глаза.

— Нет, Сасснек. Не хочу. — Его лицо было исхудавшим и изможденным, но умиротворенным, складки вокруг рта разгладились, синие глаза смотрели ясно. — Но я чертовски близок к этому. Думаю, единственная причина, по которой я еще не умираю — это голод. Как по-твоему, если бы я умирал, то голода бы не испытывал, правда? Это же расточительство. — Один глаз полностью закрылся, второй, полуоткрытый, насмешливо уставился мне в лицо.

— Встать можешь?

Он подумал.

— Если бы от этого зависела моя жизнь, я бы, наверное, смог приподнять голову. Но встать? Нет."

"Я со вздохом выползла из-под него, поставила на место кровать и попыталась перевести Джейми в вертикальное положение. Он удержался на ногах всего несколько секунд, потом его глаза закатились, и он рухнул поперек кровати. Я лихорадочно стала нащупывать пульс у него на шее. Он бился медленно, но сильно, сразу под треугольным шрамом на горле. Простое измождение. Несколько недель тюремного заключения, морального и физического стресса, голода, ранений, болезни и жара — даже это энергичное тело исчерпало свои ресурсы.

— Сердце льва, — покачала я головой, — и голова быка. Очень плохо, что у тебя вдобавок нет шкуры носорога. — И прикоснулась к свежему, кровоточащему рубцу на плече.

Он приоткрыл один глаз.

— А что такое носорог?

— Мне казалось, ты был без сознания?

— Был. И есть. Голова кружится, как волчок.

Я натянула на него одеяло.

— Что тебе сейчас нужно, так это еда и отдых.

— Что тебе сейчас нужно, — заявил Джейми, — это одежда. — И, снова закрыв глаз, тут же уснул.

Глава 40

Отпущение грехов

Не помню, как я добралась до постели, но должно быть, я это сделала, потому что проснулась именно в ней. У окна с книгой в руках сидел Ансельм. Я резко села.

— Джейми? — прокаркала я.

— Спит, — ответил он, откладывая книгу, и посмотрел на свечу-часы на столе. — Как и вы. Последние тридцать шесть часов вы провели с ангелами, mа belle. — Ансельм налил что-то из фаянсового кувшина в чашку и поднес ее к моим губам.