Чужестранка. Книги 1-14

Что-то изменилось за ночь: впервые с момента отправления из Риджа Джейми слегка расслабился. Хоть я и чувствовала себя совершенно разбитой, эта перемена принесла некоторое утешение, а вместе с ним и любопытство – что же произошло? Не по той ли самой причине куда-то поспешил Ричард Браун?

Впрочем, Джейми ничего не сказал, лишь осведомился о руке, до того одеревеневшей, что не сразу удалось согнуть пальцы. Он по-прежнему не сводил глаз с наших спутников, однако и они явно успокоились. Я даже почти перестала бояться, что они потеряют терпение и повесят нас на первом суку, несмотря на присутствие Тома Кристи.

Словно в согласии с общей разрядкой атмосферы, погода неожиданно прояснилась, от чего настроение еще больше поднялось. Нельзя сказать, что наши отношения нормализовались, и все же без постоянного злобствования Брауна остальные по крайней мере иногда проявляли вежливость. Дорожные тяготы всех вымотали; мы катились по неровной колее, словно шарики из детской игры, то и дело наталкиваясь друг на друга, пыльные, молчаливые, объединенные к концу дня хотя бы усталостью, если ничем иным."

"В Брунсвике все стало иначе. За пару дней до того Оукс явно чего-то ждал, и, когда мы приблизились к первым домам, он испустил протяжный вздох облегчения. Поэтому я даже не удивилась, еще издали заприметив Ричарда Брауна возле придорожной таверны, где мы остановились освежиться. Удивило меня другое: едва Браун шепнул Оуксу пару слов, как вдруг без всякого предупреждения он и еще двое навалились на Джейми, выбив из рук чашку, и прижали к стене.

Я выронила свою чашку и бросилась к ним, но Ричард Браун вцепился мне в руку и потащил к лошадям.

– Пусти! Ты что?! Пусти, кому говорю!

Я лягнула его и уже намеревалась выцарапать ему глаза, однако он схватил меня за запястья железными ручищами, словно зажал в тиски, и позвал на подмогу. Вдвоем они затащили меня на лошадь, хотя я орала во всю мощь легких. Со стороны Джейми тоже раздавались крики и всеобщий шум – из таверны вышли местные поглазеть на происходящее. Никто из них, впрочем, не стал вмешиваться в разборки большой группы вооруженных людей.

Том Кристи яростно протестовал; я успела заметить, как он барабанит по чьей-то спине – увы, безрезультатно. Человек, сидящий сзади, обхватил меня рукой за талию, дернул к себе так, что дух вышибло, и мы поскакали вперед, оставив исчезающий в пыли Брунсвик – и Джейми.

Мои яростные протесты, требования и вопросы не возымели никакого результата, не считая приказа угомониться, подкрепленного резким тычком в живот.

Трясясь от страха и бешенства, я подчинилась и только сейчас заметила, что Том Кристи все еще с нами, явно взволнованный.

– Том! – крикнула я.