Чужестранка. Книги 1-14

Он моргнул, тающая вода с ресниц побежала по его лицу.

– Будь я проклят, – проревел он. Он протяжно вдохнул, затем обнаружил, что до сих пор покрыт снегом, и отошел, чтобы отряхнуть его у очага. Влажные комья снега падали в очаг с брызгами и шипением.

– Что ж, – начал он, возвращаясь к столу и садясь рядом со мной, – во всяком случае, у твоего внука будет имя, Джозеф. Что бы там ни случилось, это будет Бердсли.

Это насмешливое замечание, кажется, и в самом деле несколько утешило мистера Уэмисса – румянец вернулся на его щеки, и он позволил миссис Баг положить на свою тарелку свежую лепешку.

– Ай, я полагаю, это хоть что-то, – сказал он. – И я действительно не вижу…

– Пойдем, посмотришь, – сказал Джемми, нетерпеливо дергая Брианну за руку. – Пошли, мама! Посмотри!

– Посмотрю на что?

– Я написал свое имя! Деда показал мне!

– О, правда? Что ж, молодец! – Брианна улыбнулась ему, затем сдвинула брови. – Что – прямо сейчас?

– Да! Иди посмотри, пока оно не покрылось снегом!

Она взглянула на Джейми из-под нахмуренных бровей.

– Па, ты не сделал этого!

Джейми взял свежий тост с тарелки и аккуратно намазал его маслом."

"– Ай, что ж, – сказал он, – должно же оставаться хоть что-то, что докажет, что ты мужчина, даже если никто не обращает внимания на то, что ты говоришь. Не передашь мне джем, Роджер Мак?

Глава 75

Вши

Джем поставил локти на стол и уперся кулаками в подбородок, следя за траекторией движения ложки сквозь тесто с напряжением льва, наблюдающего за аппетитным травоядным, направляющимся к водопою.

– Даже не думай об этом, – сказала я, взглянув на его жадные пальцы. – Печенье будет готово через несколько минут, тогда и попробуешь.

– Но, бабуля, я люблю их сырыми, – запротестовал он и распахнул свои темно-голубые глаза в безмолвной мольбе.

– Ты не должен есть сырые продукты, – сказала я строго. – У тебя может заболеть живот.

– Ты же ешь, бабуля. – Он указал пальцем на мой рот, где осталось пятно от коричневого теста. Я прочистила горло и вытерла постыдную улику полотенцем.

– Ты испортишь свой аппетит до ужина, – сказала я, но Джемми с чувствительностью хищника ощутил, что жертва вот-вот готова будет сдаться.

– Обещаю, я не испорчу. Я съем все! – сказал он, протягивая руку к ложке.

– Да, этого-то я и опасаюсь, – сказала я, с неохотой отдавая ее ребенку. – Только попробовать! Эй, оставь немного для папы и дедушки.

Он молча кивнул и медленно, неторопливым движением облизнул ложку, закрыв от наслаждения глаза. Я взяла другую ложку и принялась выкладывать будущее печенье на тонкие листы металла, которые использовала для выпечки.

С Джемом мы сыграли вничью: противни, полные печенья, и почти пустая чашка. Как раз в этот момент послышались шаги от крыльца к двери.