Чужестранка. Книги 1-14

Муртаг подставил Дженни руки, чтобы помочь взобраться в седло, но она медленно покачала головой и взялась за поводья, поманив меня.

— Пройдись со мной до вершины холма, Клэр, если ты не против.

Мы отошли от костра. Воздух был холодным и промозглым. Моя юбка отсырела и липла к ногам. Дженни наклонила голову против ветра Я видела ее профиль со стиснутыми бледными губами.

— Значит, это Макнэб сдал Джейми солдатам? — спросила я.

Она медленно кивнула.

— Ага. Или Иэн выяснил, или еще кто-нибудь; неважно, кто именно.

Был поздний ноябрь, День Гая Фокса давно прошел, но мне неожиданно представился большой костер: языки пламени лижут стены и расползаются по соломенной крыше, как мечи огненных ангелов, и огонь ревет свои молитвы для тех, кто навеки проклят. А внутри, в золе собственного очага, скорчился человек, и при следующем порыве ледяного ветра он обратится в черную пыль, и ветер выдует ее из казавшегося таким надежным убежища.

Иногда между справедливостью и жестокостью — очень тонкая грань.

Тут я поняла, что Дженни в упор смотрит на меня и что-то спрашивает, и я тоже посмотрела на нее и кивнула. Мы с ней стояли по одну сторону этой мрачной и капризной грани, по крайней мере, сейчас.

Мы помедлили немного на вершине холма. Муртаг внизу у костра казался просто темным пятнышком. Дженни порылась в кармане юбки и сунула мне в руку небольшой замшевый мешочек.

— Арендная плата с квартального дня, — пояснила она. — Тебе может это потребоваться.

Я попыталась вернуть ей деньги, утверждая, что Джейми не захочет их взять — они нужны для поместья, но Дженни и слышать об этом не захотела. И хотя Дженет Фрэзер была всего лишь в половину роста своего брата, в упрямстве она ему не уступала.

Так что я сдалась и надежно засунула деньги в тайники собственной одежды. По настоянию Дженни я взяла у нее и небольшой кинжал.

— Это Иэна, но у него есть другой, — сказала она. — Засунь его в чулок и прижми подвязкой. Не вытаскивай даже во сне.

Она опять помедлила, словно собиралась сказать еще что-то. Так оно и оказалось.

— Джейми говорил, — осторожно произнесла она, — что ты умеешь… предсказывать. И сказал, что в этом случае я должна тебя послушаться. Может… ты хочешь мне что-нибудь сказать?

Мы с Джейми обсуждали необходимость подготовить обитателей Лаллиброха к предстоящим бедствиям Мятежа. Только нам казалось, что времени впереди достаточно.

Теперь времени не осталось — какие-нибудь несколько минут, за которые я должна сообщить своей новообретенной сестре, ставшей мне очень дорогой, сведения, которые смогут уберечь Лаллиброх в надвигающейся буре.

Быть пророком очень неудобно, подумала я уже не в первый раз, испытывая искреннее сочувствие к Иеремии и его Плачу. Кроме того, я точно поняла, почему Кассандру так не любили.