Чужестранка. Книги 1-14

На следующий день я сидела в больничке, терпеливо слушая пожилую леди из деревни, какую-то родственницу повара по супам, которая очень многословно и подробно описывала мне боли в желудке у своей невестки, которые теоретически имели какое-то отношение к ее собственным жалобам на больное горло, только я никак не могла уловить эту связь.

На дверной проем легла тень, прервав перечисление симптомов старой леди.

Я, вздрогнув, подняла глаза и увидела, что в комнату ворвался Джейми, за ним по пятам шел Аулд Элик, и оба выглядели встревоженными и возбужденными. Джейми бесцеремонно вырвал у меня из рук самодельный шпатель и рывком поднял меня на ноги, сжав своими руками обе мои.

— Что… — начала я, но меня прервал Элик, который смотрел через плечо Джейми на мои кисти рук.

— Ага, это все замечательно, парень, а руки? Руки у нее для этого имеются?

Джейми схватил одну мою руку и вытянул ее, сравнивая со своей."

"— Ну-у… — протянул Элик, с сомнением изучая ее, — может получиться… Ага, может.

— Может, вы сочтете возможным объяснить мне, что, по-вашему, вы делаете? — вопросила я, но не успела закончить предложение, как меня потянули вниз по лестнице, зажав между двумя мужчинами, а престарелая пациентка осталась сидеть, недоуменно глядя нам вслед.

Через несколько мгновений я нерешительно обозревала большую, коричневую, блестящую заднюю часть лошади, расположенную в шести дюймах от моего лица. Проблема стала понятной по дороге в конюшни. Джейми объяснял, а Аулд Элик вставлял свои замечания, проклятия и восклицания.

У Лозганн, обычно хорошо жеребившейся призовой кобылы из конюшен Каллума, возникли сложности. Это я видела и сама: кобыла лежала на боку, иногда ее лоснящиеся бока вздымались, и все огромное тело начинало дрожать. Стоя на четвереньках позади лошади, я видела, что края влагалища с каждой схваткой слегка расходились, но больше ничего не происходило, в отверстии не появлялось ни крохотное копытце, ни мокрый нежный нос. Жеребенок явно шел боком или спиной. Элик считал, что боком, Джейми настаивал, что спиной, и они начали по этому поводу спор, но я нетерпеливо призвала их к порядку и спросила, чего от меня ожидают.

Джейми посмотрел на меня, как на умственно отсталую.

— Повернуть жеребенка, конечно, — терпеливо сказал он. — Развернуть передние ноги, чтобы он смог выйти.

— О, и это все? — Я посмотрела на лошадь. Лозганн, чье элегантное имя на самом деле означало «лягушка», была очень изящно сложена для лошади, но чертовски велика для такой работы.

— Э-э… вы имеете в виду, влезть внутрь? — Я украдкой посмотрела себе на руку. Возможно, она и пролезет — отверстие было достаточно велико — но дальше-то что?

Руки обоих мужчин были откровенно велики для такой работы.