Чужестранка. Книги 1-14

И после этого, даже когда все уже знали правду, люди в деревне рассказывали, что Эллен Маккензи забрали в море, и она будет жить там с тюленями. Ты знала, что тюлики снимают шкуру, когда выходят на берег, и могут ходить, как люди? А если найдешь шкуру тюлика и спрячешь ее, он… или она, — добавил он ради справедливости, — не могут уж вернуться в море, а должны остаться с тобой на земле. Говорят, очень хорошо брать так в жены женщину-тюленя, они отличные поварихи и очень преданные мамаши.

— Ну и вот, — рассудительно продолжал он. — Каллум, само собой, не собирался верить, что его сестра сбежала с тюленем, и прямо так и заявил. Так что он позвал гостей вниз, одного за другим, и всех спрашивал, кто знает такого мужчину. И наконец выяснили, что зовут его Брайан, но никто не знал ни его клана, ни прозвища. Он был на Играх, но его называли там Брайан Дабх.

Все опять остановилось, потому что никто не знал, где искать. Но даже самым лучшим охотникам время от времени приходится заглядывать в дома, чтобы попросить щепотку соли или кружку молока. И наконец до Леоха дошло известие о парочке, потому что Эллен Маккензи была женщиной незаурядной внешности.

— Волосы как огонь, — мечтательно протянул Элик, наслаждаясь теплом мази на спине. — А глаза, как у Каллума — серые, с чернущими ресницами — ужасно красивые, но пронзают тебя насквозь, как стрелой. Высокая, даже выше тебя. По правде сказать, просто глазам было больно на нее смотреть.

— Я слышал позже, рассказывали, что они встретились на Сборе, глянули друг на друга и тут же поняли, что жить друг без друга не смогут. И они придумали план и сбежали прямо из-под носа Каллума Маккензи и его трех сотен гостей. — Тут он что-то вспомнил и рассмеялся. — Дугал-то их в конце концов нашел, они жили в домишке на краю Исчезающих Земель. Они решили, что единственный выход — это прятаться, пока у Эллен не родится ребенок и вырастет достаточно большим, чтоб не было сомнений, чей он. Тогда Каллум благословит их брак, хочет он этого или нет. А он не хотел.

Элик ухмыльнулся.

— Вот когда вы были на дороге — видела ты у Дугала шрам на груди?

Я его видела: тонкий белый рубец от плеча до ребер, пересекающий сердце.

— Это что, Брайан ему оставил? — спросила я.

— Не, Эллен, — ответил он, ухмыляясь над моим выражением лица. — Чтобы не дать ему перерезать Брайна глотку: он как раз собирался. Будь я на твоем месте, я бы с Дугалом об этом не говорил.

— Не думаю, что мне захочется.

К счастью, план сработал, так что Эллен была на пятом месяце беременности, когда Дугал их нашел.

— Шуму было! И куча угрожающих писем между Леохом и Лаллиброхом, но в конце концов все решилось, и Эллен с Брайаном поселились в доме в Лаллиброхе за неделю до рождения ребенка.