Чужестранка. Книги 1-14

А водяной конь сдержал слово и доставил этого человека на берег, к его дому. А жене водяного коня стало тепло, и она была счастлива и сыта рыбой, которую жарила себе на ужин. А вода с восточной стороны озера Лох Гарв теперь не замерзает, потому что тепло от дымохода растапливает льды.

Руперт сидел на камне, правым боком ко мне. Продолжая говорить, он наклонился, словно почесывая ногу, очень спокойно поднял кинжал, лежавший рядом с ним на траве, и плавно переложил его себе на колени, прикрыв килтом.

Я придвинулась ближе и прижала к себе голову Джейми, будто переполненная любовью.

— Что случилось? — шепнула я ему на ухо.

Он прикусил мочку моего уха зубами и прошептал в ответ:

— Пони беспокоятся. Кто-то рядом.

Один человек встал и неторопливо прошел к краю скалы, чтобы облегчиться. Вернувшись, он сел на другое место. Еще один поднялся, заглянул в котелок и вытащил кусочек оленины. Руперт все продолжал рассказывать, а по всему лагерю происходили такие почти незаметные перемещения.

Сидя в объятиях Джейми и внимательно наблюдая, я, наконец, сообразила, что все они передвигаются ближе к месту, где сложили оружие. Все они спали с кинжалами, но сабли, пистолеты и круглые кожаные щиты оставляли аккуратными кучками на краю лагеря. Оба пистолета Джейми вместе с его саблей лежали на земле в нескольких футах от нас.

Я видела, как пламя костра играло на дамасской стали лезвия. Пистолеты у Джейми были самыми обычными, как и у большинства, но вот сабля и шотландский палаш были довольно необычными. Он как-то с гордостью показывал их мне на стоянке, любовно поворачивая сверкающие лезвия.

Шотландский палаш был завернут в мое одеяло — я видела большую рукоятку в форме буквы Т. Джейми натирал ее песком, чтобы она стала шероховатой и не скользила в сражении. Я тогда попробовала поднять его и едва не уронила. Джейми говорил, что он весит почти пятнадцать фунтов.

Шотландский палаш был темным и выглядел смертоносным, а вот сабля была просто прекрасна. Она весила на треть меньше, чем тот, второй, и была беспощадным, сверкающим оружием с восточным узором, извивающимся по всей длине голубоватого стального лезвия до самого спирально оплетенного эфеса, украшенного красной и синей эмалью.

Я видела, как Джейми действовал ею, упражняясь, сначала правой рукой, с одним из воинов, потом — левой, с Дугалом. Я упивалась, любуясь им тогда — быстрым, уверенным и грациозным, что особенно впечатляло из-за его крупных размеров. Но при мысли о том, что это умение придется применить на практике, у меня пересохло во рту.

Джейми наклонился ко мне, запечатлел на щеке нежный поцелуй и незаметно развернул меня в сторону нагромоэждения камней.

— Думаю, уже скоро, — пробормотал он, снова целуя меня.