Чужестранка. Книги 1-14

Наконец он криво улыбнулся: — И даже дольше, — твердо сказал он и снова притянул меня к себе.

— Фрэнк… — наконец со вздохом произнес Джейми. — Может быть, он не захочет и слушать. Но если захочет, расскажи ему обо мне так, как ты рассказала мне о нем. Скажи ему — я… благодарен. Скажи, я надеюсь на него, потому что должен надеяться. И скажи еще… — Его руки неожиданно сжали мою руку, он говорил вроде бы смеясь, но совершенно искренне: — Скажи ему: я ненавижу его от всей души, ненавижу до самых потрохов!

Мы оделись, рассветный полумрак стремительно превращался в день. Еды не было, не было ничего, что помогло бы нам протянуть время. Делать было нечего, и все уже было сказано.

Теперь ему пора уходить, чтобы вовремя добраться до Друмосских болот. Наступил час нашего последнего расставания, а мы не знали, как сказать «до свидания».

Наконец Джейми криво улыбнулся, наклонился и нежно поцеловал меня в губы.

— Говорят, — начал он и остановился, чтобы прокашляться, — говорят, в старые времена, когда мужчина отправлялся в дальний путь для свершения великих дел, он должен был найти колдунью и попросить у нее благословения. Он поворачивался лицом в ту сторону, куда ему предстояло уйти, а она становилась позади него и произносила над ним слова молитвы. Когда она заканчивала, он должен был идти прямо вперед и не оглядываться — иначе его поход будет неудачным.

Джейми осторожно коснулся моего лица и отвернулся, уставясь в открытую дверь. Утреннее солнце врывалось в хижину, зажигая его волосы тысячами огней. Он расправил широкие плечи и глубоко вздохнул:

— Благослови же меня, моя колдунья.

Я положила руку ему на плечо и задумалась. Дженни научила меня нескольким древним кельтским молитвам. Я попыталась восстановить их в памяти.

— Иисусе, сын Марии, — начала я охрипшим голосом, — ныне взываю к милосердию твоему. От имени Иоанна Апостола, от имени всех святых твоей обители прошу тебя сохранить его в предстоящей битве…

Я остановилась, заслышав внизу, у подножия, звуки голосов, топот ног.

Джейми замер на секунду, плечо напряглось под моей ладонью, затем он повернулся и подтолкнул меня в торец дома, туда, где стена совершенно разрушилась.

— Беги! — сказал он. — Это англичане! Уходи, Клэр!"

"Я побежала к проему в стене, сердце мое колотилось у самого горла, а Джейми, держа руку на рукоятке меча, повернулся ко входу. На мгновение я задержалась, чтобы в последний раз взглянуть на него. Джейми тоже повернул голову, заметил мое движение и неожиданно оказался рядом. Он яростно сжал меня и подтолкнул к стене. Его набухшая плоть прижалась к моему животу, рукоятка кинжала впилась в бок.

— Еще раз! Я должен. — Он прижал меня к стене, я подобрала свои юбки, он поднял свою. Это не был любовный акт.