Чужестранка. Книги 1-14

Джейми наклонился, чтобы поднять плащ, но я его остановила:

— Джейми, я так устала, ты не отнесешь меня на кровать?

Он глубоко вдохнул и медленно выдохнул, глядя на меня усталым, напряженным взглядом.

— Да, — сказал он наконец. — Да, конечно.

Вначале он был молчалив и резок, отголоски недавнего гнева обостряли его чувства.

— Ох! — в какой-то момент вскрикнула я.

— Боже, прости меня, любимая, но я не могу…

Я остановила поток его извинений, крепко прижавшись к его губам, чувствуя, как исчезает между нами минутное отчуждение, как растет взаимная нежность. Он целовал и целовал меня, кончик его языка нежно ласкал мои губы. Я коснулась его языка своим и обхватила его голову. Он не брился со вчерашнего дня, и его рыжая щетина приятно покалывала мои пальцы.

Он улегся рядом со мной, осторожно, на бок, чтобы не раздавить меня своим большим телом, и мы долго лежали так, прижимаясь друг к другу, и только наши языки вели нежный молчаливый разговор.

Живы и одни. Одни. И пока мы любим, смерть никогда нас не коснется. Алекс Рэндолл лежит в своей холодной постели, Мэри Рэндолл — в одинокой своей. Но мы здесь, и мы вместе, и это самое главное, нет ничего важнее этого.

Он обхватил мои бедра и притянул меня к себе, его большие руки ласкали меня, и дрожь, которая прошла по моему телу, бросила его ко мне, и мы стали единой плотью. Я проснулась ночью, все еще в его объятиях, и почувствовала, что он не спит.

— Спи, любимая. — Голос у него был нежный, спокойный и ровный; но, дотронувшись до его щеки, я почувствовала, что она была влажной.

— В чем дело, любимый? — прошептала я. — Джейми, я правда очень люблю тебя.

— Знаю, — тихо сказал он. — И пока ты спишь, позволь мне рассказать тебе о моей любви. Потому что, когда ты просыпаешься, я ничего не могу сказать — мне кажется, все мои слова кажутся тебе пустыми и глупыми. Но когда ты засыпаешь в моих объятиях, твои сновидения скажут тебе, что я говорю правду. Спи, моя любимая.

Я повернула голову так, чтобы мои губы касались его горла, там, где под маленьким треугольным шрамом медленно бился его пульс. Затем положила голову ему на грудь и отдала свои сновидения в его власть.

Глава 46

TIMOR MORTIS CONTUR ВАТ МE[32]"

"По мере того как мы все дальше продвигались на север вслед за отступающей шотландской армией, нам все чаще и чаще встречались люди. Одни, спотыкаясь, брели небольшими группками, низко опустив голову под злым, холодным дождем. Другие скорчились в канавах и под изгородями, слишком усталые, чтобы идти. Вдоль всей дороги было разбросано оружие и снаряжение; там лежал перевернутый обоз, вокруг которого валялись в лужах мешки с мукой, тут виднелась пара пушек, стволы которых матово поблескивали в тени дерева.

Погода стояла отвратительная, и это нас сильно задерживало.